Убийство на Эйфелевой башне

кому везет! Со мной такого ни в жисть не случилось бы! — ответил кучер с багрово-красной рожей.
— На гильотине?
— Ну, в «Красном замке», если вам так больше нравится, на улице Галанд.
Улыбнувшись, Кэндзи приподнял шляпу:
— Эге-гей, господа, осторожнее на поворотах, а то налетите на ухаб!
Кучеры во все горло расхохотались.
Не обратив никакого внимания на мрачный вид Жозефа, Виктор прошмыгнул в подсобку, чтобы положить в холодок полурастаявшую башню. Потом с улыбкой обратился к нему.
— Все, теперь никуда больше не уйду! Что это вы, Жозеф, смотрите на меня, закатив глаза, точно рыба на прилавке? Это всего лишь шоколад, — сказал он, показывая ему свои липкие руки.
— Все бы хорошо, знай я хотя бы, где вас искать, мсье Легри, теперь, когда вы знамениты.
— Знаменит? Вы о чем?
— А вы разве не знаете? Да люди же пишут вам прямо в редакцию газеты… Вот письмо, сегодня утром курьер принес. Примите поздравления!
Виктор взглянул на конверт, протянутый Жозефом.

Господину Виктору Легри
Журналисту «Пасс-парту»
Улица Круа-де-Пти-Шамп

— Суньте мне в карман, прочту, когда вымою руки.
Он направился к винтовой лестнице.
— Мсье Легри, уж теперь-то, когда вы — полноправный член редакции, наверняка вам стали известны детали тех смертей на выставке. Скажите, тот русский, в фиакре, он умер из-за того же или нет?
— Как сказал бы мсье Мори, смерть одинакова для всех, как для людей, так и для червей!
— И на том спасибо! — буркнул Жозеф.
На кухне растрепанная Жермена процеживала содержимое кастрюли с помощью деревянной ложечки. Принюхавшись, Виктор уловил аромат перепелов в коньячном соусе. Собирался было попенять кухарке за неуместность горячих блюд в соусе в жаркое время года, да вовремя остановился. Жермена, непревзойденная кухарка, исполнительная и неприхотливая, служившая у Виктора и Кэндзи уже семь лет, была особой весьма обидчивой, так что лучше было не испытывать ее терпение. Ибо в подобных случаях добрая женщина превращалась в гарпию, часами напролет метавшую громы и молнии, и страдала от этого прежде всего ее стряпня.
Вымыв наконец руки, Виктор распечатал конверт. Корявые буквы кренились в разные в стороны на вырванном из блокнота листе:

29 июня
Я должен увидеть вас, очень срочно, приходите ко мне после полудня.
Капюс

Интересно, письмо было доставлено в газету накануне вечером? Скорее всего. В таком случае, Капюс ждал его именно сегодня. Который час? Десять минут двенадцатого. Виктор, ненадолго задержавшись в кухне, чтобы схватить кусочек хлеба с сыром, спустился, уже не слушая брюзжания Жермен:
— Кусочничать — убивать аппетит!
Стоя на раскладной лестнице, Жозеф искал иллюстрированное издание «Басен» Лафонтена, которые заказал один желторотый юнец. Он с облегчением посмотрел на появившегося Виктора, но тот стремительно пронесся мимо него к двери.
— Мсье Легри! — отчаянно крикнул Жозеф, поняв, что его вновь оставили одного. Но ответа не последовало.
У выхода из книжной лавки жирный голубь клевал что-то на земле. Он тяжело отлетел прочь, и, проследив за ним взглядом до противоположного тротуара, Виктор обратил внимание на крупного толстяка в парадном ближайшего дома. Ему показались знакомыми эта косая сажень в плечах, посадка головы, слишком длинные волосы. Данило Дукович. Вот уж кого он не ожидал здесь увидеть. Останавливаться Виктор не стал, подумав, что этот взбалмошный тип наверняка влюблен в Таша.
Может, он следит за Виктором из ревности? И тут он вспомнил, как накануне вечером дал ему свой адрес, когда уходил из кафе «Вольпини». Вот оно что, Дукович, должно быть, пришел попроситься к ним на службу. Ну, Жозеф сумеет от него отделаться.
На залитой солнцем набережной попадались редкие прохожие. Поднявшись к Французской академии, Виктор вроде бы расслышал за спиной чьи-то шаги. Он остановился, шаги, почти сразу, тоже стихли. «Меня преследует Дукович, он точно ревнует, быть может, собирается напасть!» Он обернулся, но за спиной никого не было. Навстречу с безразличным видом шли служанки в платках и с корзинками для еды. Он пошел дальше, но тревога его уже не оставляла. Он чувствовал, что за ним следят.
Дойдя до квартала Моб, Виктор заметил у входа в трактир здоровенного детину