Ученица Чародея

словами Альберт взял меня за локоть и буквально оттащил от клетки. Но направились мы не к выходу, как я думала вначале, а вглубь лаборатории. Странно, но раньше я не видела, что здесь есть еще одна дверь…
   Это помещение было совсем непохоже на предыдущее. Стеклянные стены, высокий потолок и зелень — это все, что я могу сказать. Наверно, это зимний сад. Но почему он находится рядом с лабораторией? Или магистр Вейс еще и садоводством на досуге занимается? Сомневаюсь что-то, скорее разводит здесь какую-нибудь нечисть.
   — Мента, мы можем войти? — остановившись на самом пороге, спросил Альберт.
   — Проходите, — согласно прошелестела листва.
   — Ты как? Надеюсь, он не сильно повредил росток…
   — Все хорошо, Аль. Она выживет, — из-за дерева вышла девушка. Она казалась удивительно хрупкой. Невысокая, с белой, почти прозрачной кожей, светловолосая, с большими печальными синими глазами. Такую невозможно обидеть — рука не поднимется. — Но если я еще хоть раз увижу этого мальчишку в своем саду!.. — она преобразилась в одно мгновение: исчезла неуверенная грусть во взгляде, линия рта стала жестче — весь ее облик источал опасность.
   — Это не повторится, Мента, я прослежу. Не думаю, что Сиан скоро выпустит ибиса из клетки, но если выпустит — я с мальчика глаз не спущу.
   — Сиан слишком добр с ним. Надо было уничтожить мальчишку еще в первый раз, а не оправдывать его действия воспитанием и родословной.
   — Мента, успокойся. Иначе что о тебе подумает наш гость?
   — Гость? — девушка удивленно посмотрела на меня. Хм, кажется, до этого момента внимания на меня не обращали, словно я его была недостойна.
   — Гость. Юный Эдмон станет учеником нашего магистра, так что некоторое время проведет в этом доме.
   — Значит, ученик? Что ж, посмотрим, что это выйдет, но лично я сомневаюсь, что он сумеет кому-либо передать свои знания.
   — Мента, — укоризненно произнес див, — я понимаю, что у тебя сегодня был очень не простой день, но не надо срываться на невиновных.
   — Извини, — разом смутилась девушка, — Но она действительно едва не погибла.
   — Не передо мной надо извиняться.
   — Действительно. Извини за прохладный прием, Эдмон. Меня зовут Ментой. Я — гелиада.
   — Гелиада?
   — Нимфа дождя, — пояснила она. — А это мой сад. Я здесь выращиваю лекарственные и декоративные растения. В общем, помогаю, чем могу, потому что многим обязана Эссиану.
   — Мента, не надо об этом. Не стоит мальчика загружать еще и нашими проблемами.
   — Да, конечно, Аль, ты прав. Кстати, хотите взглянуть на росток? — глаза гелиады вспыхнули. Она прямо сияла, когда говорила об этом.
   — Конечно. Разумеется, если ты нам это позволишь.
   — Ты же знаешь, Аль, что тебе я позволю все, — улыбнулась Мента и направилась куда-то в глубь зала, бросив через плечо: — Следуйте за мной.
   Эта комната действительно больше напоминала сад. Даже пол в пяти шагах от двери плавно переходил в зеленую лужайку, и чем дальше мы шли в глубь залы, тем гуще становилась растительность. Не могу сказать, что я совсем не люблю парки, но здесь мне было неуютно — несмотря на то, что умом я понимала, что это всего лишь одна из комнат дома, мне казалось, что нахожусь в диком недружелюбно настроенном лесу…
   Наконец нимфа остановилась перед небольшим искусственным гротом.
   — Я перенесла ее сюда. Здесь, конечно, маловато солнца, зато гораздо безопаснее, — смущенно, словно извиняясь за что-то, произнесла Мента.
   — Ничего, думаю, она справится. Позволишь? — Альберт взглядом указал на грот.
   — Конечно, проходите. Только будьте осторожны.
   Див кивнул с самым серьезным видом и уверенно шагнул в темные недра искусственной пещеры. И мне не оставалось ничего иного, как последовать за ним.
   И зачем я только пришла в этот дом?..
   Эссиан Вейс с некоторой долей презрения во взгляде посмотрел на человека, которого прозвали Ведьмой. За какие это заслуги, спрашивается? Силой от него и не пахнет, так только дешевыми амулетами. Да и меньше всего этот человек походил на представителя этой ветви мастерства: высокий, широкий в плечах, с не раз сломанным носом — типичный разбойник. И что могла найти привлекательного в этом субъекте старшая дочь Артура? Но, к сожалению, с этим браком он ничего поделать не мог: союзы, освещенные Церковью, считались не расторжимыми. Нет, конечно, на каждое правило найдется свое исключение, но в этот раз вмешиваться нет смысла — для его планов Констанс и раньше мало подходила, а сейчас и вовсе нежелательна. Но только ее жизнь позволяет Эссиану держать ее брата под контролем, а значит, она будет жить — свои обещания магистр Вейс выполнял всегда.