Я живу в очень простом мире. Здесь все подчиняется воле мужчин, а женщины зачастую даже имени собственного не имеют, потому что несколько столетий назад одна из них, та, что теперь зовется просто Грешницей, едва не уничтожила мир силой своей магии. А теперь представьте, что один очень уважаемый чародей случайно спас от страшной участи мальчишку-бродяжку, а потом предложил пойти к нему в ученики, потому что настолько одаренные дети встречаются редко. Представили? Замечательно, а теперь внесем последний штрих: мальчиком тот найденыш только выглядел, ну что поделать, если боги спустили меня в этот мир в женской шкуре?
Авторы: Николаева Мария Сергеевна
— Магистр? — в голосе наемника отчетливо слышался страх, и это страшно раздражало, но маг привычно скрыл свои чувства под маской слепого безразличия.
— Как я уже сказал эта женщина под моей защитой. И если с ней что-то случится — спрашивать я буду с тебя. Надеюсь, я ясно выражаюсь?
— Но магистр, она слаба здоровьем и…
— Не неси чепухи! — Эссиан резким жестом заставил Алеха замолчать. — Констанс кто-то качественно проклял. И я скоро узнаю, кто промышляет в этом районе черной магией. Но тебя это уже не касается, так как проклятие я снял. В общем, твоя жена скоро поправится. Кстати, заранее предупреждаю, что время от времени буду появляться, чтобы убедиться, что с ней все в порядке. Надеюсь, больше никаких неожиданных «болезней» у нее не будет.
— Но она же мешает!.. — словно поняв, что он сболтнул что-то лишнее, Алех замолчал, вот только Эссиан никогда не закрывал глаза на чужие ошибки.
— А вот с этого места поподробнее. Кому мешает моя подопечная? И почему?
Алех тяжело вздохнул, посмотрел на магистра и, убедившись, что отступать тот совсем не намерен, все-таки произнес:
— Королю.
Услышав это, Эссиан невольно усмехнулся. Кажется, вся семейка Валийнских бельмо на глазу всех монарших особ, к какому бы сословию они не принадлежали.
Глава 5. Союзник
В пещере было темно и влажно. Свет если и проникал внутрь, то как-то вяло и неохотно, да и наши фигуры, застывшие на проходе этому не способствовали. В общем, чувствовала я себя здесь крайне неуютно, уж лучше бы с тем ибисом осталась в лаборатории, чем с этой парочкой здесь. Тем более обо мне явно уже успели позабыть. Альберт, склонившись над чем-то в углу, негромко переговаривался с нимфой, та ему с охотой отвечала, но до меня долетали лишь обрывки слов. И зачем меня сюда привели? Могли бы оставить у дверей — я бы никуда не ушла, побоялась бы потеряться в запутанных коридорах поместья.
— Эй, Эдди, не стой столбом, подойди сюда, — внезапно посмотрел на меня Альберт. Я невольно шагнула вглубь пещеры. Мента сделала шаг в сторону, и я наконец увидела то, что так заинтересовало дива. Росток, тонкий слабенький стебелек, даже не ясно пока какое дерево из него получится. И чего это они так всполошились? В любом лесу таких сотни!
— Смотри, Эдди, когда-нибудь этот росточек подарит жизнь новой нимфе. Он пока еще очень слаб и уязвим, но наступит момент — и он превратится в прекрасную юную леди.
— Да, когда-нибудь, — негромко произнесла Мента, — если, конечно, этому мальчишке не удастся осуществить задуманное. Я боюсь, Аль, боюсь, что когда-нибудь не успею его остановить.
— Нимфа? — невольно спросила я, разглядывая жухлый росточек. И вот это когда-нибудь станет одним из главных чудес нашего мира? Ведь даже Церковь признала нимф — одними из детей Создателя, тогда как остальные расы были названы служителями Грешницы. Впрочем, всему есть свое объяснение. И дивные народы не просто так заперлись в своих владениях, не решаясь даже носу высунуть в людские земли. Но почему в той войне, едва не стоящей жизни всему нашему миру, они заняли другую сторону — я не знаю. Говорят, будто эльфий король был любовником Грешницы… да много чего говорят! Только я не думаю, что ради женщины кто-то смог подвергнуть опасности целый мир — брехня это. Но какую-то выгоду нелюди все-таки усмотрели, раз выступили против человечества единым фронтом. И только нимфы предпочли отделиться от остальных. Почему? Не знаю, им никто не задал этого вопроса, но они пошли на это осознано, и не было среди них ни одного отступника. Так говорят. Я не уверена, что стоит верить всему, но пока нет доказательств обратному буду придерживаться общей точки зрения — для своей же безопасности.
— Нимфа, — подтвердил Альберт, улыбкой встретив мое недоверие. — В отличие от людей нимфы не вынашивают своих детей, а вкладывают их души в подходящее дерево или стихию, в зависимости от того, кем хотят видеть свою дочь. Кстати, мужчин в этой расе нет и никогда не было.
— Почкованием размножаются, да? — со знанием дела произнесла я. Была у нас на улице одна милая старушка, обожавшая все зеленое и цветущее, в детстве мы с Эдди много чего от нее услышали, и про опыление и про почкование — в общем, говорить она могла исключительно о растениях.
Див странно посмотрел на меня, потом глянул на Менту и рассмеялся. Смеялся он долго, наслаждаясь процессом, а заодно и моим озадаченным лицом.
— Нет, почкование к размножению нимф не имеет никакого отношения. Но знать подробности тебе пока рановато, вот доживешь до моих лет — тогда и поговорим.
Я неопределенно пожала плечами. Методика размножения нимф меня не так уж и интересовала, куда больше мне хотелось
