Я живу в очень простом мире. Здесь все подчиняется воле мужчин, а женщины зачастую даже имени собственного не имеют, потому что несколько столетий назад одна из них, та, что теперь зовется просто Грешницей, едва не уничтожила мир силой своей магии. А теперь представьте, что один очень уважаемый чародей случайно спас от страшной участи мальчишку-бродяжку, а потом предложил пойти к нему в ученики, потому что настолько одаренные дети встречаются редко. Представили? Замечательно, а теперь внесем последний штрих: мальчиком тот найденыш только выглядел, ну что поделать, если боги спустили меня в этот мир в женской шкуре?
Авторы: Николаева Мария Сергеевна
что когда-то давно один из ибисов возжелал ее предшественницу… это совсем-совсем не удивительно…
Резко дернув головой, Ясный отвернулся. Неуместные мысли, более того — опасные. То, что удалось один раз, вряд ли получится снова. А значит, нечего и голову себе забивать. Девчонка принадлежит миру и тот кто протянет ему этот дар — станет поистине великим. Уж этот их Единый сие однажды уже доказал.
Эссиан Вейс задумчиво стоял у окна в своем кабинете и вглядывался в смутно-знакомые черты. Всего лишь портрет. Единственный прижизненный портрет его прабабки. Здесь она еще совсем дитя, только-только переселившиеся из детских комнат на женскую половину замка. Сиана иль Варрай. Наследница престола — и ведьма. Та, что внесла раздор в мир духов, одним своим появлением на свет.
Но на этом портрете нет даже и намека на грядущие беды. Спокойное, почти одухотворенное лицо, приятно-округлое, еще хранящее следы детской наивности, сияющие сине-голубые глаза, аккуратный носик, маленькая родинка над левым уголком губ… она была бы совершенством, но упрямо вздернутый подбородок все портил, вносил диссонанс в казалось бы уже завершенную мелодию… Всего лишь маленький нюанс, почти не заметный с первого взгляда, но стоит вглядеться — и вот вы видите совсем другую картину. И кажется, что это парадное платье цвета спелого персика здесь абсолютно не уместно, что на модели явно был костюм для верховой езди и вряд ли когда она облачалась в парадные одеяния. Взгляд приобретает какую-то необъяснимую дерзость, сладким ядом сочится улыбка, и даже в ее позе есть что-то язвительное и насмешливое. Говорят, она не умела быть другой. Просто не могла сдерживать свои порывы, а оттого совершала глупость на глупости… чем же еще можно объяснить тот бунт? Любовью? Нежеланием подчиняться? Страстью всегда и во всем быть правой? Никто этого и не скажет. Но ушла она тогда действительно громко, раз до сих пор о ней вспоминают.
Грешница… в чем же действительно заключался твой грех, Сиана? В нежелании подчиняться правилам? В строптивости? В неумении смирять свой гнев и гордыню? Что же подвигло тебя начать самую страшную в истории войну? Войну, потрясшую не только этот мир, но и все тонкие!
Сиан задумчиво смотрел на свою прабабку и не находил ответов. А она с всей возможной дерзостью взирала на далекого потомка, словно что-то требуя… подчинения? Вряд ли. Никто в их роду власти не ценил, по крайней мере, показной. Вот исподволь, из-за угла — это да, но только так, почти на грани всех способностей и сил… почти искусство…
Эссиан резко дернул головой, отгоняя непрошенные мысли. Этим вопросом он займется позже, а пока следует, как следует поразмыслить над тем, что сказала Морейа… Что же может быть такого особенного в этом мальчишке? Конечно, этот мир любит собирать кровавую дань со своих королей, но обычно он предпочитал женщин…
И все-таки присмотреться получше стоит. Потому что всегда лучше держать руку на пульсе мира — по крайней мере, всегда будешь знать, когда надо будет отпрыгнуть с его пути…
Да, и первое, что следует сделать это привязать мальчишку к себе! Иначе этим вопросом может озаботиться кто-то еще, а выпускать из рук что-то свое, Эссиан Вейс сильно не любил. Это тоже было у него семейным, но уже совсем по другой линии…
Глава 12. Леди Морана
На кухню я вошла, уже нисколько не сомневаясь в своем праве находиться в этом месте и в этом времени. И плевать на всех несогласных.
Альберт при моем появлении слабо улыбнулся. А вот Морана…
На миг мой мир замер, а потом цветными осколками осыпался к ногам. Не может быть таких глаз у человека! Не должно! Не взгляд — звездное небо. В беспощадном мраке ночи искрами живого света сияют чужие души…
На какой-то миг мне захотелось подойти ближе, раствориться в бесконечном танце звезд на дне вечно-печальных глаз, последним поцелуем коснуться алых губ…
Леди.
Теперь и я поняла, что она именно Леди. Несчастная и вечная. Милосердная и жестокая. Многоликая и постоянная.
Всего лишь спирит. Но отчего тогда мне так хочется назвать ее богиней?
— Эдмон… Эдмон! — Альберт ощутимо сжал мое плечо, и только после этого я смогла отвести взгляд от Мораны. Единый! А ведь она даже не красива! Стоило мне вырваться из цепких лап ее воли, как ее образ сгладился, притупился, словно подернутое дымкой зеркало. И в памяти осталась всего лишь женщина, такая какая она есть в действительности, без налета сверхъестественных сил. Высокая, статная, уверенная… Однако всего лишь женщина. Длинные черные волосы небрежно сцеплены заколкой на затылке, темные глаза с искорками более светлых тонов смотрят чуть надменно
