Ученица Чародея

придется делать ноги из этого района, а лучше и из города, если конечно не хочу стать очередной подстилкой нашего Короля.
   — Хорошо, милорд, обещаю, что если возникнет такая нужда, я обязательно обращусь к вам.
   — О, с нетерпением буду ждать этого. Я буду счастлив помочь тебе и твоей сестре, Эдди.
   — Это все, что вы хотели мне сообщить?
   — Не совсем. Эдди, думаю, ты слышал, что Алех Ведьма просил отдать ему твою сестру, и что я не стал противиться этому?
   — Да, но…
   — Эдди, поверь, для Констанс это будет лучшим выходом. Алех хороший, надежный человек. Он сумеет о ней позаботиться. Ты же понимаешь, что ей сейчас не стоит работать, да и замужем ей будет спокойнее.
   — Да, но…
   — Эдди, не будь эгоистом, Конни будет лучше, если ты позволишь, ей уйти. Я понимаю, что вы всегда были вместе, но женщинам положено выходить замуж и рожать детей. Или ты хочешь, чтобы твоя сестра всю жизнь торговала собой?
   — Нет, не хочу, — негромко ответила я, но Гарик все равно услышал.
   — Вот и замечательно, тогда покажи ей, что ты не против этой идеи. Констанс сказала, что так как ты единственный мужчина в ее семье, то без твоего разрешения она не решится на этот шаг.
   — Хорошо, я сделаю это, — буркнула я, старательно пряча глаза. Возможно, в этом Король действительно прав. Я слишком эгоистична, чтобы отпустить от себя сестру, но ведь та уже достаточно настрадалась из-за меня. Я теперь уже достаточно взрослая, чтобы самой заработать на жизнь. Я не пропаду, а вот Конни явно нелегко приходится в последнее время… — Я скажу ей, что ничего не имею против, — уже тверже произнесла я. В конце концов, моя сестра же далеко не уедет. И я смогу видеть ее каждый день, а там может и правда у нее жизнь наладится…
   — Ты хороший парень, Эдмон. Мне такие нужны, так что если все же решишь сменить профессию… у меня же до сих пор нет наследника, а ты как нельзя лучше подходишь на эту роль.
   — Мне пока рано думать об этом, милорд, но… я учту ваше предложение, — блекло улыбнулась я, про себя надеясь, что аудиенция уже закончена. Ну не могу я дольше десяти минут в день выдерживать этот взгляд на себе!
   — Что ж, тогда ступай. И помни, если тебе что-то понадобится…
   — … я обязательно обращусь к вам, милорд. До встречи, — я коротко кивнула и юрко выскользнула из комнаты, пока Гарик не изволил передумать.
   В тот день домой я вернулась позднее обычного. Мне надо было подумать, а ничего путного в голову как назло не лезло. Поэтому я до темноты бродила по улицам, забыв о работе. После смерти Эдди у меня была только сестра. Мы многое пережили вместе, сколько я себя помню она все время была рядом… И вот теперь я должна ее отпустить. Я понимаю, что во многом Гарик прав, что я веду себя как эгоистичный ребенок, но мне просто ужасно не хочется оставаться одной. С самого рождения я была не одинока. Говорят, что человек приходит этот мир один, но нас-то было двое! Я и Эдди всегда были вместе… а потом когда его не стало, я сблизилась с Констанс… Я просто не представляю, как буду жить… одна.
   Наверно, это самый сильный страх в моей жизни. Я боюсь одиночества так сильно, что иногда это начинает казаться безумием. Но не могу же я вечно удерживать Конни! Это не честно по отношению к ней!
   Что ж, Энни, наберись духу и иди домой. Ты должна сказать сестре, что отпускаешь ее…
   В окне кособокого домика, где мы с сестрой снимали комнату, горел свет. Значит, меня ждут. Сколько себя помню, когда бы я ни возвращалась, на подоконнике всегда стояла свеча, как маяк, зовущая меня назад. А ведь скоро этого не будет. Смогу ли я жить сама по себе? Да, я должна этому научиться! Ради Конни, она и так слишком многим ради меня пожертвовала.
   Странно, но сестра меня не встретила на пороге, как раньше. Неужели, ей снова плохо? Я почти ворвалась в комнату, что мы снимали, и замерла на пороге…
   — Эдди, ты сегодня поздно, — Конни сегодня и правда выглядела чуть похуже, но сейчас она улыбалась, пусть блекло и неестественно, но что-то надломленное в ней словно восстановилось, — А у нас сегодня гость. Я не думаю, что ты его помнишь, ты тогда был слишком мал, но он был папиным другом.
   — Все в порядке, Констанс, я его знаю. Мы встречались, — произнесла я, мрачно посмотрев на магистра Эссиана. — И что же привело человека вашего положения в нашу скромную обитель?
   — Эдди! Это не вежливо…
   — Не волнуйтесь, Констанс, я все понимаю. Просто вашему брату не по душе мое присутствие в столь позднее время в вашем доме, — маг мягко улыбнулся моей сестре, и та мгновенно растаяла. Ну, как можно быть такой доверчивой?! Ведь еще не ясно, зачем этот тип вообще пришел! И где был этот «друг», когда отец умирал?!
   — Эдди, господин