Ученик

пару десятков таких игрушек, имел неосторожность протянуть ноги в погани, причем секретом ни с кем не поделился. Наемником был — что с него взять.
Я скользнул в открытую дверь периферийного комплекса. Тенью пробежался до нужной кишки.

Есть, проход на месте, а ведет он на четвертый уровень — в один интересный закуток, где трое суток назад чуть не зажали команду охотников. Долг платежом красен. Ребятам будет приятно узнать о моей прогулке. Я вошел в кишку и, упираясь руками в стенки, стал спускаться вниз. Спуск много времени не занял, и через минуту я был на месте. Тишина. Нащупывая подошвой сапог пол, я осторожно продвигался вперед. Теперь осторожный взгляд за угол. Есть. Гнездо там, где и описывали ребята. В сером мареве строения отчетливо были видны шесть силуэтов. Рыцарь и пять воинов. Проверка амулета — больше никого. Можно работать. Огнешар прорезал затхлый воздух. Взрыв ударил по ушам. Десять шагов. Обломки костей с сухим треском падали на пол. Восемь шагов. Парочка воинов пытается шевелиться на полу. Шесть шагов. Уцелевший рыцарь прыгает на меня, сжимая в руках здоровенный фламберг. Уход вниз. Поворот. Клайд со всего размаху бьет рыцаря поперек туловища. Четыре шага. Воины встают. Два шага. Я отбиваю в сторону клинок, удар клайда разбрасывает кости по коридору. Нагнуться. Полоса стали вгрызается в стену. Удар плетью

— и воин рассыпается на мелкие части. Я обернулся. Все. Изломанные кости рыцаря в коридоре даже не шевелятся. Троих накрыл огнешар, двоих — клайд, одного — плеть. Все заняло пяток секунд. Теперь быстро.
Я в темпе начал собирать железки скелетонов. Есть. Не скрываясь, я побежал к кишке. Забрался внутрь. Створка.

Пусть теперь те, кто услышал, как я хулиганил, попробуют меня найти. Упираясь руками и ногами в бугристые стенки кишки, я начал подниматься наверх. Первый уровень. Осмотрелся: никого нет. Им же лучше. Прогулочной походкой я неторопливо добрался до выхода. Успевший соскучиться Пушок, радостно шипя, подбежал ко мне. Приласкав животину, я привязал к седлу добытые мечи и залез на драка.
— Обратно. В Белгор.
Умное создание рысью направилось в город. Вот так всегда. Полгода подготовки, а сам выход занял пять минут. Из них на бой ушло секунд десять. И никаких эмоций и восторга. Ну спустился, ну вломил, теперь возвращаюсь. Обыденность. Все-таки здорово Матвей с Троном меня натаскали. Теперь приеду, сдам обзор — и я стану полноправным охотником. Вот это эмоции вызывает. Мне станет доступна библиотека гильдии. Слушая о кратком описании того, что там находится, я пускал слюни и сучил ногами от желания в нее забраться. Низзя. Было. Только охотникам был разрешен туда доступ. Остальные — извините и подвиньтесь. Все правильно. Не хрен всяким там шариться. А мне теперь можно. Думаю, что Гил, увидав меня теперешнего, сильно бы удивился. Непонятно что стало вполне нормальным человеком, Гил. Я грустно улыбнулся. Так с Натой у него ничего и не получилось. Помучившись месяц, Добряк проклял все на свете и удрал из Белгора. Правда, его странное прощание со мной наводило на мысли. Гил как будто был уверен, что мы с ним еще увидимся. Прижатый мною к стенке, он сделал честные глаза и клялся мамой, что мне показалось. Когда я его отпустил, Гил еще быстрее начал собирать свои вещи. Черт с ним. Если Гил прав, то увидимся. А Ната? Вон даже Пушок голову ко мне повернул. Прости, Ната, я не хотел.
— Все в порядке. Давай быстрее.
Драк перешел в галоп. Великолепное создание. Узда, крепящаяся к его симпатичным рожкам, нужна только для моего удобства. О наличии шпор даже смешно говорить. Хотя первое время смешно было не мне, а тем, кто видел меня на Пушке. Об освоении мною искусства верховой езды на драке можно написать роман. Его первая половина будет состоять из «уй», «яй», «ой» и матерщины, следующей в плотном порядке за этими возгласами. А вторая половина будет складываться из «цок-цок» копыт Пушка по мостовым Белгора. На заднем фоне — постоянная аранжировка в виде радостного ржания зрителей. Да, я почти стал местным средством развлечения номер раз. Одни ехидные комментарии Арна, что я могу сделать с луком, находясь на стене Белгора, чего стоили. Окружающие его стражники падали от смеха. Стрелы летели куда угодно, но не в тварей. Я мог только огрызаться и всех посылать к Матвею. К его безумному требованию освоить все воинское искусство гвардейца. Как ни странно, но о передаче мне Драконом своего мастерства так никто и не узнал. Все мои успехи в овладении оружием приписали Матвею и тем, что я наверняка раньше владел оружием, пока по какой-то причине не решил забыть об этом.