Ученик

не бывает, есть только эффективные. Лепота, можно расслабиться.
Сразу навалилась слабость. К черту все. Я встаю и осматриваюсь. Левая рука и бок залиты сильно текущей кровью. Порезал меня неслабо. Вперед и с песней к доктору, и как можно быстрее. Кстати, где он? На дуэлях вроде бы положен лекарь. А что за молчание на площади? Все по правилам. Подхожу к краю круга, пытаюсь выйти — не судьба. Линия меня не пускает.
— Господа, выпустите меня отсюда. У меня ранка болит, к лекарю надо.
Маг Ворт, кажется, медленно кивнул, и линии погасли. И тут площадь взорвалась. Шум, крики, вопли. Дуняшка, повисшая на шее, охотники, отбивающие плечи. Радостное лицо Матвея. Финал Лиги чемпионов отдыхает.
— Пустите, бестолочи, ему нужна помощь. — Пробившаяся ко мне Ната оттаскивает сестренку и начинает ощупывать.
— Ната, то, что тебя интересует, находится спереди и ниже, — ухмыляюсь я.
— Тем я потом займусь, если получше не найду, а пока стой ровно — лечить буду.
— А ты это умеешь, язва?
— Вот кретин, через член все мозги вытекли: я все-таки магиня жизни, — пробурчала она.
Огненная волна прокатилась по телу, вызывая сильную испарину.
— Что ты делаешь, сожжешь ведь!
— Все, что нужно, я уже сделала — рану закрыла, яда и другой пакости не обнаружила.
— Так быстро? — пробормотал я, рассматривая тонкие рубцы на руке и боку, оставшиеся от ран.
— А чего ты хотел? Ната — одна из лучших в городе лекариц, — улыбнулся Матвей, обнимая меня.
— Не лекарица, а магиня жизни, — прошипела Ната, — и не одна из лучших, а лучшая.
— Что ж ты, лучшая, рубцы оставила? — давясь смехом, спросил я.
Уж очень потешно выглядела рассерженная миниатюрная блондинка-магиня.
— А насчет рубцов ты к нам попозже загляни — выведем, — хищно осклабившись, сказала Арна.
— Ну все, очухался — выбирай себе замену: остальным тоже хочется поразвлечься.
А вот и Глав, выбив пыль своей ладонью у меня из спины, спешит уделить внимание «голубку».
— Да, хватит время терять.
— Назначай замену.
— Чур, я первый.
— А я — второй.
— Нет, я второй.
Глав, Яг и другие, знакомые и не знакомые мне охотники, начали нетерпеливо требовать продолжения банкета. Дети — и конфеты. Охотники — и особи, имеющие несчастье стать их врагами.
— Мужчины, как вам не стыдно, уступите место леди!
Вот и Арна подключилась, а говорят, что феминизм — современное изобретение. Сча-аз. Посмотрел бы я на тех сумасшедших, рискнувших заявить волчицам об их месте в высокой башне и любимом занятии — вышивании крестиком в ожидании своего суженого.
— Господа и дамы, — величаво обращаюсь я к спорящему народу, — не желая никого обидеть, я предлагаю вам самим определиться с очередностью и, самое главное, с противником.
— Верно.
— Мне вон того, рыженького.
— А мне — толстого.
— А мне — мага.
— Копье тебе в зад. Маг — мой. Другого смертника себе выберешь.
— Я не опоздал? Рыжего запишите на меня.
— Рыжий уже мой.
— Как я тебя со второго уровня тащил, помнишь? Рыжий — мой.
Дался им этот рыжий.
— Арн, а ты что здесь стоишь? Тебе точно нельзя, ты стражник, отойди и не мешай.
Отойдя на пару шагов от толпы ожесточенно спорящих и торгующихся охотников, я сел прямо на мостовую. Какое все же красивое небо. Полосы жемчужного и розового цвета создавали изумительное зрелище. Эх, был бы я художником…
— Я тоже люблю смотреть на Сестер, — подошедшая Дуняша уселась рядом. — Не сиди на камне, простудишься.
— А ты?
— Ко мне болезни не пристают.
Обнявшись, мы вместе смотрели на небо.
— Знаешь, Влад, я всегда очень хотела иметь брата. И вот вчера ты появился. Тебе не понять, как я обрадовалась, — вы, мужчины, очень толстокожие. А сегодня я могла тебя потерять — у меня чуть сердце не разорвалось. Ты так был спокоен, причем не только внешне. Я умею чувствовать людей. Тебе было совершенно наплевать, останешься ты в живых или нет. Я не буду тебя спрашивать о прошлом. Просто знай: если ты умрешь, мне будет очень плохо. Постарайся этого не делать.
— Постараюсь, сестренка.
Судя по смолкшим воплям и ругани, охотники уже договорились между собой. Пора заканчивать с этим делом.
— Влад, как ты? — отозвал меня в сторону Матвей.
— Нормально, Матвей. Знаешь, что я подумал? Вот приехал я вчера с тобой в город, никого не зная, вляпался в пошутилку волчиц. Драка у Абу перехватил, рожи богатым смертникам начистил, сумел выжить на поединке, а теперь охотники спорят между собой, кто из них какого мажора прикончит. Если бы я был обычным человеком, а не тем, кто есть, просто приехавшим в Белгор, —