Ученик

очень быстрое движение, дзанг, громкий всхлип — и шустрик со смятым и окровавленным забралом падает на камни. Нэт покачал головой и вышел из круга. Раздались хлопки и одобрительные возгласы.
— И что я должен был увидеть?
— Первый удар был низкий, секущий в ногу, противник, пытаясь ее защитить, опустил щит. Нэту только это было и нужно: перевод копья из секущего в колющий удар, пробитое забрало — все.
— А если бы он не опустил щит?
— Получил бы прорубленную ногу и пожил бы немного больше. Так ударить копьем — все равно что секирой.
— Получается, нет никакой защиты?
— Почему. Башенный щит,

например, или арбалет.

— Арбалет?
— Да, убиваешь мастера, пока он к тебе не подошел.
М-да, тут живут не люди, а машины для убийства. Я не щегол, как сказал Матвей, я — инфузория на их фоне.
— Что, Влад, начинаешь понимать, кто такие охотники?
— Ты мысли читаешь? — угрюмо спросил я.
— Нет, у тебя все на лице написано. Ладно, не расстраивайся, таких мастеров здесь немного, точнее, совсем мало — примерно один из десяти. Заметил, что все общаются по именам и лишь изредка добавляют прозвище, хотя среди охотников много благородных по крови, есть и высокородные?
— Заметил.
— Так вот, здесь безразлична твоя родословная, твое прошлое — ты или охотник, или нет, а прозвище дают только лучшим охотникам — мастерам. Это отличительный знак, если можно так сказать. А у тебя в замене все такие. Охотники без кличек даже не походили и не выбирали противника. Знали, что не достанется. Тут мастерам не всем хватило. Вот и спорили. Но не сильно радуйся: остальные охотники — тоже не промах. Любому из них эти щенки не соперники.
— Так что же они так нарывались?
— Во-первых, они издалека, там про охотников слышали, но не знают, разницу понимаешь?
— Да.
— А во-вторых, охотники в турнирах и прочих забавах не участвуют. Неинтересно после созданий погани. Живут в основном здесь или в Пограничье. А где живешь, буянить и пакостить не будешь даже во хмелю. Самому стыдно потом будет, и приструнить есть кому. Тем более что местные нас хорошо знают и конфликтов не возникает. Вот и не гуляют про нас разные сказки.
Да, попробуй пойти на конфликт с такими машинами смерти. Мигом на лапшу переведут.
— А стража?
— Что стража? Город они охраняют да за порядком следят. Не хватало еще охотникам этим заниматься, — улыбнулся Матвей.
Я представил себе, как ребята из спецгрупп федерального подчинения воспримут предложение пойти в пэпээсники, и заржал.
Теперь понятно нежелание Берга вызвать недовольство охотников. Значит, за этими мажорами действительно стоят серьезные дяди, если он выбрал такой способ разрешения конфликта интересов.
— И в-третьих, они хотели получить вызов от тебя: несмотря ни на что, они неплохие воины и сразу увидели в тебе неумеху.
Вот блин. Когда меня перестанут тыкать в это носом?
— Матвей, а ведь тебя Кожей многие называют.
— Был я охотником, да потом отошел отдел, — помрачнел Матвей.
Тема ему явно неприятна, отложим. Но мне кажется, что бывших охотников не бывает.
— Бой.
Черт, совсем отвлекся. Что там у нас происходит? Инс Гром и Кей Лари. Господа, делайте ставки. Прием ставок сто к одному на Инса, есть желающие поставить на Кея? Не стесняйтесь, ставьте, в случае победы Кея вы получите целое состояние. Что, никого нет? Что-то сегодня с идиотами в городе напряженка. Может, завтра подъедут.
Инс, невысокий коренастый мужичок с двумя мечами — и Кей в стандартном миланском доспехе и фламбергом в руках. Кстати, все развлекающиеся охотники тяжелыми доспехами себя не утруждают: кольчуга, шлем и поножи

максимум. Привыкли так работать или лень надеть тяжелые доспехи на показательные выступления? Тем временем в круге все закончилось. Кей попер на Инса, как оголодавший бык на симпатичную буренку. С испугу, наверно. Инс вежливо пропустил его мимо, попутно забыв фальшион в бедре торопыги, и добил, раскроив другим шлем.
На этот раз выкрики были слабые. Чувствую, народу приелось. Теперь более или менее понятно правило древнеримских гладиаторов убивать противника эффектно, а не эффективно. Действительно, какой интерес смотреть: выходят профи — удар, максимум два — и занавес.
Посмотришь часа два-три — и захочешь пойти в кабак выпить и начистить хавальник соседу. Вот и извращались бойцы на арене Колизея в борьбе за симпатии электората.
— Бой.
Кто у нас там? А, Яг Топор и этот, как его, Синтазула… нет, сэр Зул