Бывает так, что обстоятельства диктуют тебе свою волю, но при этом ты лично ничего против особо не имеешь. Уличный воришка Крис Жучок по воле судьбы (выступающей в данном случае под видом немолодого мага со своими далеко идущими планами) стал третьим сыном барона, получил имя Эраст фон Рут и был отправлен вместо него ко всем демонам на кулички учиться магии в какой-то никому не известный Вороний замок. Вот только принять волю судьбы и подчиниться ей безропотно – это разные вещи. И уж совсем не факт, что планы новоявленного барона совпадут с планами того, кто изменил его жизнь навсегда. Приключения начинаются!
Авторы: Васильев Андрей
посерьезнел, видимо, согласившись с моими доводами. Ну или счел их возможными для обсуждения. По крайней мере, в конце разговора он сказал:
— Может, ты и прав. Но Шеппард точно знает, что делает, в этом я уверен. Начнется все с того, что для начала он отобьет у северян город Шлейцер, который находится совсем недалеко отсюда и который открывает дорогу к побережью, без этого никак не обойдется. А там видно будет.
Про Шлейцер он угадал, Ворон, вернувшись вечером, это подтвердил. Выходило так, что обойти его стороной было почти невозможно, справа — топи, слева — леса, а значит, впереди у нас штурм города. Но четкого понимания вопроса у меня все равно не прибавилось. Ну, возьмем город, а потом что? До побережья их гнать будем? Так до него далековато, да не факт, что нордлиги захотят от нас бежать. Рассеются мелкими ватагами по лесам — и лови их там. А потом в нужный момент объединятся, нанесут неожиданный удар — и снова брызгами по урочьям да буреломам рассеются. Крови такие отряды нам могут попортить много, в этом я был уверен. И идти такая война могла очень долго, им же спешить некуда?
Но это все будет потом и, надеюсь, без нашего непосредственного участия, есть у меня надежда на то, что мы основные сражения в обозах пересидим. Ну не дурак же Шеппард, чтобы неумех на стены бросать? Да и когда это еще будет? А вот братья Рози — угроза близкая, они здесь и сейчас.
— Эраст, это все очень серьезно. — Рози сдвинула брови. — Если тебе себя не жалко, так меня пожалей.
— Да тебе-то что будет? — уже совершенно искренне поразился я. — Они же тебя, если что, уничтожать не станут?
— Меня — нет. — Рози говорила со мной как с малышом-несмышленышем. — Они тебя могут начать уничтожать. Начать и почти сразу закончить, потому что тебе против них не выстоять, даже если они будут драться с тобой один на один. Да-да, ты мужчина, ты можешь за себя постоять, но тут силы изначально неравны. Я знаю, что говорю, я с ними выросла и прекрасно представляю, на что они способны. Вот убьют тебя — и кого я тогда буду потом ругать и пилить? Кем командовать? Нет, милый, ты мне нужен живым и здоровым.
Какая мрачная перспектива. Смерть на фоне ее не так уж и страшна.
Впрочем, вру. Страшна. Умирать не так критично, когда тебе терять нечего или когда смерть является единственным выходом из ситуации, как это было летом, у Гробниц. А вот так, по причине того, что кому-то там я просто не пришелся по душе, мне умирать неохота. Я против такой смерти. Главное теперь, чтобы и смерть поддержала мою точку зрения.
Вот интересно, что же это Рози такое в свое время в письме отцу накорябала? Какие слова подобрала? Не просто же так она переполошилась? Надо будет непременно узнать, только не сейчас. Не то время и не то место.
Надо же, а она, похоже, и вправду за меня боится. По-настоящему. Даже не знаю, чего сейчас у меня в душе больше — удивления или растерянности. От нее я такого не ожидал.
— Ладно. — Я подмигнул Рози. — Сделаю, как скажешь.
— Это не шутки. — Она потеребила мою руку. — Эраст, очень тебя прошу: услышь меня. Всегда будь с остальными, по крайней мере, хотя бы до того момента, пока я не поговорю с братьями.
— Хорошо, — пообещал я. — Сказал же. Вон, смотри, Ворон вышел.
Наставник был не один, следом за ним из шатра вынырнул невысокий лысеющий мужчина с висящей на шее чернильницей, которая выдавала его профессию. Это был писарь.
— Вот эти ваши? — неожиданно гулким басом спросил он у наставника. — Экий у вас выводок большой.
— И я про то же самое, — с досадой произнес Ворон. — Чего их всех сюда было тащить? Сидели бы в замке сейчас и в ус не дули.
— Не нам это решать, — сурово заявил писарь. — Так, господа подмастерья. Сейчас я буду называть ваши имена, вы же, услышав свое, подходите ко мне и получаете вот такую цепь.
Он потряс левой рукой, брякнули цепочки из черного металла с небольшими кулонами, которые были в ней зажаты.
— Ее надо носить, не снимая, — продолжил он. — Особенно после того, как мы переправимся на ту сторону реки. Это знак, подтверждающий то, что каждый из вас не абы кто, а подмастерье мастера Ворона, сражающийся на нашей стороне. Ну или какого другого мага, у других учеников — точно такие же. Берегите эти знаки как зеницу ока, других таких вам никто не выдаст, а без них вы не маги, а так, недоразумение одно.
— Хорошо сказано. Вот прямо про них, — подтвердил Ворон. — Второй год в этом убеждаюсь.
— Это да. — Писарь одобрительно глянул на наставника. — Молодежь нынче не та пошла, никакой серьезности нет, только бы вина напиться и убить кого-то. Так, что еще? А, вот. Как война окончится, вы мне данные цепи непременно сдайте обратно, это в обязательном порядке надо сделать. Если же из вас погибнет кто,
