Бывает так, что обстоятельства диктуют тебе свою волю, но при этом ты лично ничего против особо не имеешь. Уличный воришка Крис Жучок по воле судьбы (выступающей в данном случае под видом немолодого мага со своими далеко идущими планами) стал третьим сыном барона, получил имя Эраст фон Рут и был отправлен вместо него ко всем демонам на кулички учиться магии в какой-то никому не известный Вороний замок. Вот только принять волю судьбы и подчиниться ей безропотно – это разные вещи. И уж совсем не факт, что планы новоявленного барона совпадут с планами того, кто изменил его жизнь навсегда. Приключения начинаются!
Авторы: Васильев Андрей
путешествия мы прожили несколько дней, было заведено именно так.
А это означает, что очень скоро наше присутствие перестанет быть тайной. И когда это случится, хотелось бы понимать, что именно нас может ждать в доме нашего друга. Хотя, если на чистоту, уже сейчас было ясно, что дело дрянь.
— Слуги говорят, что не сам ваш батюшка помер, — выпалил Джок на одном дыхании. — В том смысле, что помогли ему за Грань уйти.
— Я понял, — придвинулся к привратнику Монброн. — у Ближе к делу.
— Да куда уж ближе? — захлопал глазами Джок. — Выходит, ж что убили нашего старого хозяина. Сьюзен так и сказала: «Удавил этот кучерявый бес месьора, подушкой задушил». Это не та Сьюзен сказала, что при кухне служит, а та, что горничная. Ну, о которой шептались лет пять назад, что она от батюшки вашего, стало быть, понесла.
— Данные подробности можешь опустить, — остановил его Гарольд. — Я хорошо помню эту историю.
И он бросил короткий взгляд в сторону прыснувшей Рози. Да я и сам еле удержался от смешка. Как видно, отец нашего друга, да пребудет душа его в свете, при жизни был еще тем проказником.
— Странно. — Рози, по виду которой было понятно, что ей неловко от несвоевременного веселья, решила как-то отвлечь внимание от данного факта, а потому встряла в разговор: — Я была уверена, что в дело пошел яд.
— И про яд говорили, — закивал Джок. — Только наш хозяин крепкий был, что ему какая-то отрава!
— Тварь. — Гарольд впечатал кулак в стол так, что тот жалобно скрипнул. — А что Генрих? Что мой брат? Он тоже мертв?
— Жив он, жив, — отвел глаза в сторону привратник. — Только вот, не в обиду будет сказано, брат ваш не в отца пошел. И не в деда. Что дядюшка ваш говорит, то он и делает. Даже когда старого хозяина в фамильную усыпальницу везли, не первым он за гробом шел, а вторым, следом за новы… За родичем вашим. Хотя всякий знает, что первым за гробом старший сын идет, за ним остальные старшие родственники, а уж потом вдова и братья с сестрами.
— Генрих, Генрих… — Скулы Гарольда побелели от злобы. — Всегда он слабым был, всегда чего-то боялся.
— Воля ваша, а я его понимаю, — пробормотал Джок. — Жить-то всякий хочет. Вот Лиам, сокольничий вашего отца, заявил было, что месьор Тобиас убийца. И что?
— И что? — тут же спросила у него Рози.
— А то! — Джока, как видно, немного отпустил страх, и он начал говорить поживее. — Через день нашли его неподалеку от дома, с перерезанным горлом и вывернутыми карманами. Вроде как грабители его убили. А ведь всяк в доме знал, что он хоть и постарел, но силы своей не растерял и кинжалом орудует о-го-го как.
— Лиам был умелый воин, — подтвердил Гарольд. — Он отцу с юности служил, во всех битвах прикрывал ему спину. И меня драться на боевых топорах учил.
— Саймон-лучник сгинул неизвестно куда. Рицци тоже, и еще несколько человек из тех, что были верны вашему отцу, — продолжил Джок. — А куда? Ответа нет.
Куда, куда… Лежат где-нибудь, землей присыпанные. А может, с камнем на шее в пруду рыб кормят.
— А дядюшка, стало быть, теперь себя хозяином почувствовал здесь? — подытожил Гарольд.
— Так оно и есть, — подтвердил привратник. — Поговаривают даже, что скоро король ему бумагу даст на то, чтобы он на матушке вашей женился и полноправным владетелем всего состояния семьи Монбронов стал.
— А тетушка Маргарет? — уточнил Гарольд.
— Так она уже года как полтора в усыпальницу переселилась, — бойко ответил Джок. — Простудилась, говорили, сильно. За неделю сгорела. Так что дядюшка ваш опять мужчина свободный.
— Ну да, все верно. — Рози щелкнула пальцами. — Траур по усопшему супругу в Силистрии длится год, но король вправе сократить его срок или вовсе отменить. Генрих перед королем отрекается от наследства, твои сестры не в счет, им разве что приданое надо будет выделить, так что главная наследница — твоя мать. Точнее, ее будущий муж, ибо состоянием всегда управляет мужчина. А тебя вообще в расчет не берут, Монброн, потому что ты умер.
— Умер, — неистово закивал Джок. — Про то и письмо было, сразу после того, как старого хозяина в усыпальницу, стало быть, определили. Мол, погиб месьор Гарольд Монброн на войне где-то в западных землях, пал при штурме какого-то города как герой.
— Это Шлейцера, что ли? — спросил у нас Карл. — Вот дела!
— Какая поразительная осведомленность, — заметил я. — И про войну, и про штурм. И еще — как скоро вести сюда донеслись. Сколько с осады прошло? Месяца два? А здесь уже про это знают. Как по мне, это быстро. Причем письмо-то не морем шло. Понимаете, о чем я?
— Скажи мне, ты еще что-то хочешь спросить у этого бедолаги? — поинтересовалась Рози у Монброна, переваривающего новости, и показала
