Бывает так, что обстоятельства диктуют тебе свою волю, но при этом ты лично ничего против особо не имеешь. Уличный воришка Крис Жучок по воле судьбы (выступающей в данном случае под видом немолодого мага со своими далеко идущими планами) стал третьим сыном барона, получил имя Эраст фон Рут и был отправлен вместо него ко всем демонам на кулички учиться магии в какой-то никому не известный Вороний замок. Вот только принять волю судьбы и подчиниться ей безропотно – это разные вещи. И уж совсем не факт, что планы новоявленного барона совпадут с планами того, кто изменил его жизнь навсегда. Приключения начинаются!
Авторы: Васильев Андрей
ну, как о женщине, имеется в виду. Про Аманду вспоминаю, а про нее — нет.
Но стоит только мне ее увидеть — и все. Я ощущаю, насколько по ней соскучился, как хотел ее видеть и что было бы неплохо найти какое-нибудь уютное и укромное место. Вроде того, куда она сейчас меня привела. Это было именно то, что нужно. Небольшая комната с надежной дверью и большой кроватью. Чего еще желать для счастья? Разве что горячую ванну?
Мой тактичный друг Гарольд поскребся в нашу дверь только часа через три после того, как мы ее закрыли за собой.
— Эраст, — негромко сказал он. — Все понимаю, но нам пора. Король у нас лихой, непредсказуемый, возьмет да и уедет опять из города куда-нибудь, на охоту или в одно из своих имений. И тогда сидеть нам в этом доме неделю или две. На стены от скуки полезем, имей в виду.
— Стало быть, договорились они с Гейнардом, — как мне показалось, с разочарованием произнесла Рози.
— Выходит, что да, — подтвердил я, вставая. — Вот только надо будет уточнить, все ли он получил, что хотел?
— Ты сейчас о ком именно речь ведешь? — Рози села на кровати, не обращая внимания на то, что одеяло почти не скрывало ее обнаженное тело. Хотя оно и понятно — какие секреты между нами могут быть? — О Монброне или о моем брате?
— Об обоих, — ответил я, натягивая штаны. — Одевайся, пошли новости узнаем.
Помимо Гарольда, за дверью обнаружился и Гейнард, он стоял рядом с моим другом и что-то негромко ему объяснял.
Скажу честно — на душе сразу стало как-то неуютно. Нет, он вроде дал понять, что ему до наших отношений дела нет, но все же…
— Братец, ты даже вышел к людям? — изумилась Рози, поправляя волосы. — Это событие надо отпраздновать. Ну или занести в какие-то фамильные хроники.
— Всегда ценил в своей сестре умение своевременно пошутить, — невозмутимо произнес Гейнард. — Да вот хоть вспомнить, как остроумно она в свое время разделалась с задачкой, у которой, казалось, нет ответа. Фон Рут, вам это будет особенно интересно. Задумали нашу малютку Рози выдать замуж. Нашли хорошего жениха, разумеется, из старой фамилии, связи и положение которой были бы полезны нашему семейству. Ну а что ей он не понравился, само собой, никого не волновало…
— Гейнард, замолчи, — потребовала Рози. — Я все поняла. Извини.
— Да? — опечалился ее брат и подошел к ней. — А по-моему, очень интересная история, тебя великолепно характеризует. Какой безукоризненный был расчет, как ты тогда все спланировала. Представьте себе, она некоего Жерара, между прочим нашего кузена, обвела вокруг пальца и заставила его бросить вызов бедолаге-жениху, а после всю вину на него и спихнула! Бедолага даже был вынужден бежать из Асторга. Он ведь потом, по слухам, с собой покончил, когда получил письмо от тебя. Ну, то, в котором было сказано, что все бывшее между вами для тебя ничего больше не значит. Или это все-таки не самоубийство было? Мне кто-то говорил, что ты по дороге в свой Вороний замок заскочила на денек в Туавиль, где красавчик Жерар Литон-Фюрьи как раз в то время и обретался.
— Я все поняла, братик, — почти по слогам проговорила Рози, опустив глаза вниз. — Прости меня.
— И помни, кто ты есть, — мягко, по-отечески посоветовал ей Гейнард и легко, почти невесомо хлестнул ее кончиками пальцев по щеке. — Всегда помни.
— Если вы еще раз так сделаете, то я вас убью, — сделав шаг вперед и оказавшись липом к лицу с братом моей суженой, сказал я. — Дела семьи — это дела семьи, я это знаю, и про то, что посторонним в них лезть не след, тоже осведомлен. Но тем не менее никогда так больше не поступайте.
Крепко сомневаюсь, что у меня получится подобное провернуть, а тем более — после остаться в живых, но промолчать я не мог. Сам бы себе этого потом не простил. Не знаю, чем там у нас с Рози все закончится, но пока это моя женщина, ее никто пальцем не тронет.
— Эх, молодежь, — вздохнул Гейнард, которого, казалось, мои слова ничуть не тронули. — Все у вас так просто, все либо черное, либо белое. Не желаете вы понимать, что иногда цвета смешиваются и образуют новую, совершенно невообразимую палитру, в которой не разберешь уже, где какая краска. Я сейчас не обидеть ее хотел, а напомнить, с кем, о чем и как следует разговаривать.
— И все-таки, — старался выдержать максимально дружелюбный тон я. — Вы ей старший брат, вы имеете полное право высказывать ей свое недовольство и требовать покорности, но бить не смейте.
— Эраст, я не в обиде на Гейнарда, — подергала меня за рукав Рози. — У нас в Асторге подобное — нормальное явление. Меня вообще до тринадцати лет розгами пороли.
— Это правда, — подтвердил Гейнард. — У нас при экзекуции
