Бывает так, что обстоятельства диктуют тебе свою волю, но при этом ты лично ничего против особо не имеешь. Уличный воришка Крис Жучок по воле судьбы (выступающей в данном случае под видом немолодого мага со своими далеко идущими планами) стал третьим сыном барона, получил имя Эраст фон Рут и был отправлен вместо него ко всем демонам на кулички учиться магии в какой-то никому не известный Вороний замок. Вот только принять волю судьбы и подчиниться ей безропотно – это разные вещи. И уж совсем не факт, что планы новоявленного барона совпадут с планами того, кто изменил его жизнь навсегда. Приключения начинаются!
Авторы: Васильев Андрей
Но только — отчасти.
Хотя, с другой стороны, может про все остальное им знать и не нужно. Понятно ведь, что Ворон сделает с любым другим, кто попробует ему помешать, то же самое. Если не чего похуже.
Ладно, будем считать, что все произошедшее сейчас — к лучшему. Он все равно был пьян невероятно, и не смог бы принять взвешенное решение.
Ну хоть сколько-то взвешенное.
А значит — пойду я спать. Получу от ребят свою порцию насмешек по поводу внезапной немоты и завалюсь на топчан.
Попробую ему завтра с утра все поведать. Если речь прорежется.
Увы и ах — я не заговорил проснувшись, молчал за завтраком и по дороге в городскую ратушу тоже.
Ворон и не подумал снять с меня это заклятие. А когда я подергал его за рукав и жалобно замычал, громко сообщил, что он не только меня немым в данный момент оставит, но и всех остальных переведет в такое же состояние, если те будут так громко кричать и вообще много говорить.
У него, Ворона, жутко болит голова, и любые посторонние звуки его невероятно раздражают.
В результате, в высокое здание ратуши, являющееся главным украшением Руасси, где, собственно, и должна была состояться церемония введения Гая Петрониуса Туллия в ранг архимага, я вошел немым, как… Как немой!
В общем, наш наставник так и не узнал ничего из того, что я хотел ему рассказать. А о том, что можно было, например, записку написать, которая, возможно, как-то исправила бы ситуацию, я сообразил уже слишком поздно.
И это было очень, очень скверно…
Внутри ратуши было сумрачно и пахло сыростью. Пусть дождь, так донимавший нас в последние дни, уже закончился, в этом помещении казалось, что он все еще продолжается там, на улице. И даже факелы, горящие на стенах, не избавляли от этого ощущения.
То ли по этой причине, то ли по какой другой, но и люди, в обилии заполнившие немаленькое, в общем-то, пространство, были угрюмы и невеселы. Нет, они улыбались и даже похлопывали друг друга по спинам, изображая радость от встречи, но было ясно, что все это исключительно знаки вежливости. Как, впрочем, и фразы, которыми они обменивались.
— Лиций, друг мой, как я рад тебя видеть! Сколько же мы не встречались? Как мне кажется, с похорон Таис, да?
— Мастер Вайлер! Клянусь всеми богами, годы над вами не властны! Вроде только вчера вы были моим наставником, и вот, у меня половина головы поседела, а вы все такой же!
— Ливия, дорогая моя! Ты хороша невероятно! Но с бедрами что-то надо делать — и срочно! Они у тебя уже как у какой-то простолюдинки стали. Меньше выпечки, душа моя, меньше выпечки!
Похоже, что тут собралось сегодня все высшее магическое общество Рагеллона. И при этом все всех знали, это было хорошо заметно.
Нашего наставника тоже то и дело приветствовали, причем зачастую с ироничной улыбкой, что лично меня немного задевало. Было похоже на то, что он и на самом деле снискал себе славу эксцентричного волшебника, сильно не от мира сего.
— А, Герхард! Ну как, нашел яйца драконов, за которыми ты отправился тогда в Итилийские горы?
— Шварц! Ты что такой неухоженный? Так и не завел себе прислугу? А ученики на что?
— Слышала, что ты получил жезл наставника. Что я могу сказать? Похоже, Орден Истины прав, боги слепы.
Впрочем, были и те, кто относился к Ворону с явной симпатией, как, например, толстенький приземистый маг, остановившийся около нас тогда, когда мы уже уселись на лавки, стоявшие совсем недалеко от того места, где, судя по всему, и будет разворачиваться основное действо.
Ну просто ничем другим это возвышение, со стоящим на нем и пока пустующим массивным креслом черного дерева, быть не могло.
Так вот — приятель Ворона был невысок, чуть лысоват и не очень красив. Бульдожьи щеки, нос «картошкой», маленькие глазки — прямо скажем, не предмет девичьих грез. Да и старый он был уже, ровесник нашего наставника. Но при этом у всякого, кто на него смотрел, волей-неволей на лице появлялась улыбка. Было заметно, что человек это совсем не злой, а, скорее, даже наоборот — очень добрый и сердечный.
Редкость в магическом содружестве, как по мне.
— Герхард, дружище, — близоруко щурясь, толстяк протянул Ворону обе руки, которые тот охотно пожал. — Помнится, несколько лет назад ты спрашивал у меня рукопись Герберта Авалийского. Так я ее тебе не привез, извини. Увы, но мой герцог отдал ее кому-то за долги. Он вообще охотно расплачивается с кредиторами раритетами из библиотеки, которую собрали его предки. Читать он не умеет, потому на книги ему плевать, а мое мнение по данному поводу его не интересует совершенно.
— Вартан, — в голосе наставника появилась
