Бывает так, что обстоятельства диктуют тебе свою волю, но при этом ты лично ничего против особо не имеешь. Уличный воришка Крис Жучок по воле судьбы (выступающей в данном случае под видом немолодого мага со своими далеко идущими планами) стал третьим сыном барона, получил имя Эраст фон Рут и был отправлен вместо него ко всем демонам на кулички учиться магии в какой-то никому не известный Вороний замок. Вот только принять волю судьбы и подчиниться ей безропотно – это разные вещи. И уж совсем не факт, что планы новоявленного барона совпадут с планами того, кто изменил его жизнь навсегда. Приключения начинаются!
Авторы: Васильев Андрей
второй, реакции — ноль. Он обошел дом по кругу, постукивая по оконным стеклам пальцами, а после, судя по всему, добрался до входной двери, в которую и начал колотить руками и ногами.
— Не завидую тем, кто в этом доме живет, — пробормотал Анри. — Вот страху-то натерпятся сейчас.
— Им хотя бы тепло. — Ромул плохо переносил холод, он был уроженец юга. — Ребята, может, начнем? Сначала побегаем, а потом костер запалим. Так и согреемся.
— А и то, — согласился с ним я. — Чего тянуть?
Порядок действий мы проговорили несколько раз, а потому каждый знал, что ему делать. Самое опасное — роль приманки — я взял на себя. Очень мне не хотелось этого, но, сам не знаю почему, в тот момент, когда идея превратилась во вполне конкретный план, я сказал:
— Выманивать буду я.
Что меня подтолкнуло изнутри на этот поступок, я не знаю. Может, просто настолько сроднился с мыслью о том, что я не Крис Жучок, а Эраст фон Рут, что и поступаю теперь так, как это сделал бы он?
Мои соученики припустили по улице в сторону выхода из деревни, я же, выждав минут пять и отчаянно труся, приблизился к забору, за которым буянил оживший мертвец, и заорал:
— Эй, Клаус! Не надоело тебе людям спать мешать?
Удары в дверь стихли, наступила тишина. Ни шагов, ни шума, ни сипения с сопением. Ничего.
По спине пробежал холодок, и я спешно перешел на другую сторону улицы, мне стало у забора как-то очень неуютно. Я доверяю интуиции, мне Джок Трехглазый, мой учитель в воровских науках, не раз повторял: «Если чуйка говорит: „Не лезь“, — то и не лезь. Если говорит: „Беги“, — то и беги. Лучше почувствовать себя дураком или сволочью, чем лечь на плаху».
И не ошибся я. Эта тварь умела не только буянить, но и очень тихо ходить. Ведь даже снег не скрипнул, а она очень шустро перевалилась через забор шагах в десяти от того места, где я раньше стоял. Останься я там — и далеко не факт, что мне удалось бы сбежать. Не такой уж этот Клаус и неуклюжий.
— Псс, ш-ш-шс, — то ли сказал, то ли просопел мертвец, его глаза засветились зеленоватым цветом, губы раздвинулись, показав рот, полный зубов-иголок. Очень страшная картина, серьезно. И все это — еще и при свете луны. Брр!
Мы замерли, он — в полуприседе, причем мне начинало казаться, что поврежденная нога не доставляет ему никаких неудобств, я — в полной готовности припустить в сторону облюбованного дуба.
И еще. План-то мы придумали неплохой, только вот я уже не был уверен, что мы этого живчика вот так просто к дубу пришпандорим и прикончим, как предполагалось. Как бы это он нас не… того… Не употребил в пищу.
Мертвец дернулся в мою сторону, и я немедленно сорвался с места, да так, что ветер в ушах засвистел. Обернулся я только один раз и после этого еще прибавил скорости — покойник мчался за мной, причем моя догадка относительно ноги оказалась верной — ничего ему не мешало. Что ему одна неработающая нога, когда он своему передвижению еще и руками помогал, отталкиваясь ими от дороги. Ох и жуть!
В лес я влетел на всех парах, благодаря нашу предусмотрительность и неутомимость Жакоба. Не будь протоптанной тропинки, попади я в сугробы, которые снизили бы мою скорость — и все, порвал бы меня Клаус, как есть порвал. А так — он только сократил расстояние, что, впрочем, тоже меня не слишком порадовало.
Через пару минут мы вылетели на полянку с огромным дубом, стоящим в центре, первым — я, вторым — Клаус. Я боялся только одного — что ребята, увидев это существо, струхнут и чуть замешкаются. Нет, обошлось, все случилось так, как и должно было.
Я пробежал мимо двух сугробов, находящихся совсем рядом с дубом, мертвец висел у меня на хвосте, явно предвкушая момент, когда напьется моей горячей кровушки, и не учуял Жакоба и Ромула, которые и сидели в этих самых сугробах.
Там же, в снегу, лежали вилы, которые мы тоже заняли у старосты, оставив ему в залог кинжал Аманды, по-другому он не соглашался ни в какую. А знал бы, зачем, может, и под залог бы не дал, поскольку вещь была, по местным меркам, дорогая, вилы не деревянные, как у большинства селян, а железные. Именно ими мои приятели и прижали мертвеца к дубу, как только он миновал их, без страха и зазрения совести ударив Клаусу в спину. Этот момент мы даже дважды отрепетировали, разумеется, заменив вилы на простые сучья — я был мной, а Анри изображал покойного Клауса. Только вот двигался он помедленней — не предполагали мы, что мертвец может оказаться таким шустрым. Странно еще, что он старосту не задрал два дня назад.
Как же этот мертвяк вертелся и шипел, пока Аманда, Анри и запыхавшийся я прибивали его руки и ноги длиннющими гвоздями к дубу! В какой-то момент мне даже показалось, что не удержат его ребята, так он рвался на волю. Да еще и голову свою вывернул
