Бывает так, что обстоятельства диктуют тебе свою волю, но при этом ты лично ничего против особо не имеешь. Уличный воришка Крис Жучок по воле судьбы (выступающей в данном случае под видом немолодого мага со своими далеко идущими планами) стал третьим сыном барона, получил имя Эраст фон Рут и был отправлен вместо него ко всем демонам на кулички учиться магии в какой-то никому не известный Вороний замок. Вот только принять волю судьбы и подчиниться ей безропотно – это разные вещи. И уж совсем не факт, что планы новоявленного барона совпадут с планами того, кто изменил его жизнь навсегда. Приключения начинаются!
Авторы: Васильев Андрей
толкую и не про наше братство, которое планомерно уничтожают Линдус и его свора. Это все романтическая чушь, к которой настоящие маги отношения не имеют. Мы все эгоисты. Хочу понять, на что ты рассчитывал. На то, что Туллий тебя сделает своей правой рукой? Да он просто-напросто убил бы тебя сразу после возвращения, а тело утопил в ближайшем водоеме. Он всегда прячет концы в воду, причем иногда — в буквальном смысле. И это при условии, что твой замысел вообще удалось бы реализовать.
— Мне бы позволили просто жить, — проворчал Рив и цыкнул на Мартина, который по-прежнему его держал. — Да отпусти уже. Куда я теперь денусь?
— Просто жить, — покатал его слова во рту, как леденец, наставник. — Просто жить. И ты в это поверил?
— Поверил, — кивнул маг. — Представь себе. Туллий играет нечестно, это не новость, но иногда и законченный лжец говорит правду. Моя жизнь ему не нужна, так чего ради ее забирать?
— Бедная Генрике. — Крету накрыл тело магессы плащом, который взял с кресла, стоящего неподалеку. — Хотя, может, оно и к лучшему. Признаемся честно, после всех перенесенных бед с головой у нее дела обстояли неважно.
— Это да, — подтвердил один из его коллег и печально вздохнул. — Вчера она мне весь вечер рассказывала о том, куда отправится после того, как Ворон вручит ей посох. Она всерьез считала, что мы все — его подмастерья и вот-вот придет время последнего испытания. А наутро не помнила о нашей беседе совершенно.
— Иной раз не знаешь, что хуже — хорошо соображающий враг или не очень вменяемый друг, — подтвердил Крету. — А у кого она, кстати, училась?
— У магистра Селена, — немедленно ответил кто-то. — Она в одном выпуске с Аделардом Фориньи была.
— С Аделардом? — одновременно воскликнули несколько магов. — Ого!
— Кабы он полтора десятка лет назад на том кладбище не погиб, Туллий сроду бы кресло архимага не получил, — добавил Крету. — Это уж точно!
Мне было знакомо это имя. Очень сильный чародей. Даже Ворон, для которого авторитетов не существовало, и тот это признавал, упоминая его в своих лекциях. А еще он написал несколько учебников для магов воздуха, по которым учились и мои однокашники.
Не удивлюсь, если его смерть была не случайной. Особенно с учетом того, на чьей дороге он встал. И несколько фраз, следом прозвучавших от разных магов, подтвердили мою правоту.
— Это все прошлое, нет смысла сейчас думать о том, что могло бы случиться, — веско произнес наставник. — Есть более насущные вопросы. И первый из них — что делать с этим красавцем?
— Допросить и убить, — снова синхронно подали голос несколько присутствующих. — Какие могут быть сомнения?
— Это-то само собой. Убьем обязательно, и смерть его легкой никто не назовет, — раздраженно бросил Ворон. — Я сейчас о другом. Добавим мы в его посмертие немного символизма или нет?
— Голова, — понимающе усмехнулся седобородый маг со шрамом через всю щеку. — Ты о древнем обычае? Да, это имеет смысл.
Стоп-стоп, что-то такое я читал. В старые времена, еще до Века смуты, когда магов было куда больше и они представляли собой силу, способную конкурировать с монаршей властью, существовало множество ритуалов, каждый из которых был создан для определенных случаев. Сейчас речь шла о неприятном, по меркам обычных людей разумеется, обычае, когда магу, пошедшему против своих собратьев, отправляли отрезанную голову его верного слуги. За неимением слуги ее могла заменить голова лучшего друга, возлюбленной или отца. Ему как бы говорили: «Теперь ты остался один, никто тебе не поможет».
К данному моменту это было притянуто за уши, но какая-никакая логика в этом имелась.
— По сути, это объявление войны, — робко заметил юный маг, который всего лет пять назад как получил посох.
Собственно, он да мы, ученики Ворона, и были сейчас в Реторге единственными представителями нового поколения магов Рагеллона. Остальная молодежь или погибла, или влилась в ряды сподвижников мастера Гая. По слухам, таких было немало. Что-что, а убеждать мой бывший наниматель умел. И радужные перспективы рисовать — тоже.
— Вот и хорошо, — погладил свежий шрам на щеке тот маг, что поддержал Ворона. — Сколько нам тут еще сидеть? И чего ждать? Ну придет сюда еще десяток-другой наших. И все. А после время начнет работать против нас.
— Так тому и быть. — Ворон припечатал ладонь ко лбу изменника, тот дернулся и ничком повалился на пол. — Пусть поспит, наберется сил. У него впереди долгая и тяжелая ночь.
Стоящие рядом с ним маги тихонько засмеялись. Нехорошо так засмеялись. Предвкушающе. У меня даже мурашки по спине пробежали.
— И еще одно дельце, — громко произнес наставник. — Частично связанное с произошедшим.
