Бывает так, что обстоятельства диктуют тебе свою волю, но при этом ты лично ничего против особо не имеешь. Уличный воришка Крис Жучок по воле судьбы (выступающей в данном случае под видом немолодого мага со своими далеко идущими планами) стал третьим сыном барона, получил имя Эраст фон Рут и был отправлен вместо него ко всем демонам на кулички учиться магии в какой-то никому не известный Вороний замок. Вот только принять волю судьбы и подчиниться ей безропотно – это разные вещи. И уж совсем не факт, что планы новоявленного барона совпадут с планами того, кто изменил его жизнь навсегда. Приключения начинаются!
Авторы: Васильев Андрей
образом. Если вы полагаете, мой король, что слова о пролитой ими крови — только метафора, то ошибаетесь. Все именно так и обстоит. Они молоды, это так. Но количество убитых ими врагов исчисляется даже не сотнями человек. А может, и не тысячами.
— Да уж не сотнями, — фыркнула Фриша. — Это точно.
— И что с того? — Король скинул плащ на руки Себастьяна. — Велика премудрость — уметь убивать. Это, пожалуй, самое простое из искусств. Вырастить цветок — это задача, это труд. А лишить кого-то жизни не так уж и сложно. Вот на днях казнили графиню Линдт. Взмах топора — и нет одной из прекраснейших женщин Асторга, у ног которой совсем недавно лежали лучшие мужи королевства. И что же? Ее забыли на следующее утро, словно этой красоты и не было на свете. А вот статуя, которую с нее ваяли, переживет века. Кстати, Гастон, покойная графиня тебе, если не ошибаюсь, приходится родней?
— Весьма далекой. Троюродная племянница со стороны жены, — подтвердил де Фюрьи. — А что она натворила?
— Переусердствовала с использованием ядов, — любезно ответил ему король. — Ладно слуги, которые пронюхали о ее любовных шашнях с братом мужа, их смерть еще можно понять. Понять и простить. Но когда она отправила к Престолу Владык вдовствующую герцогиню Альдштадскую, мою двоюродную тетушку, в имении которой я как-то лето в детстве провел, — это уже перебор. Всем нужны деньги, все хотят получить наследство, но совесть тоже иметь надо. Хоть какую-то. А если совсем нет совести, зачем тебе голова?
А мне нравится этот монарх. Эдуард Силистрийский был славным человеком, если, конечно, так можно говорить о королях. Но Георг Девятый, пожалуй, его переплюнул.
Интересно, услышь он мои мысли, сразу бы казнил или нет? Сдается мне, палач при королевском дворе не бездельничает, работы ему хватает. И все равно славный король. За такого и воевать приятно.
— Мы никогда не убиваем просто так, для забавы, — внезапно сказал Эль Гракх. — И удовольствия от этого не получаем.
— Неправда, — тут же среагировал Гастон. — А кто в Халифатах прикончил служителя ордена, сунув его головой в угли, а после радовался подобно ребенку?
— Прошу прощения, но в моих словах неправды не было, — с достоинством произнес пантиец. — Да, мы с радостью казнили чернеца. Но это была месть, а не забава. Он был убит, если можно так выразиться, со смыслом.
— И за дело! — выкрикнула Фриша. — Жалко только, что эта гнида лишь один раз могла умереть.
— Вот теперь я окончательно поверил, что эти молодые люди могли остановить войско Линдуса там, на перевале. — Король прошел к столу и сел за него. — Сначала имелись сомнения, но теперь они полностью развеяны.
— А в награду нас даже на улицу теперь не пускают, — обиженно надула губы Фриша. — Воздухом подышать.
— Таков был мой приказ, — пояснил король. — Что вы так удивились, юная мистресс? Да, я запретил вас выпускать из этого дома. Мне хотелось непременно глянуть на юных героев, о подвиге которых судачит весь мой двор. Если верить рассказам, вы уничтожили около пяти тысяч пехоты и добрую полусотню магов. А еще через пару недель, если не появится новая тема для разговоров, это количество удвоится.
— Прошу прощения, ваше величество, но какая связь между вашим желанием одарить нас своим вниманием и обычными прогулками? — уточнил Эль Гракх. — Я ее, увы, не вижу.
— Не хотел, чтобы вы трое сбежали, — рассмеялся король. — Выйдя на улицу, вы бы почуяли волю, плюнули на свои хвори и задали отсюда стрекача. Я сам был таким же. Такие мелочи, как дырка в боку, проделанная чьей-то шпагой, или сломанная рука, меня никогда не останавливали. Особенно если речь шла о гремящей где-то войне.
А ведь верно. Я точно бы сбежал. Лучше закрыть свою безобразную физиономию капюшоном и забыться тяготами дороги, чем день за днем беспрестанно о себе думать.
— Смотри на них, Гастон, — снова рассмеялся король. — Так и есть! Ей-ей, славные ребята. С такими мы завоюем весь континент, попомни мое слово!
— Невелик труд — откусить большой ломоть, — задумчиво произнес де Фюрьи. — Прожевать его — вот задача.
— И так всегда, — закинул ногу на ногу Георг Девятый. — С самой юности он разрушает мои мечты своим практицизмом. Вроде бы и не принц я уже, а король, а де Фюрьи остался все тем же циником и скептиком, не желающим признавать мои иллюзии реальностью даже ради собственной придворной карьеры. Однако, друзья мои, я прервал ваш завтрак, не так ли? Предлагаю его продолжить. Да я и сам бы перекусил с дороги. Гастон, накормишь гостя?
— Себастьян, — хлопнул в ладоши де Фюрьи. — Распорядись!
— И передай, чтобы к нам присоединились глава моей охраны и магистр Альдин, — бросил король. — Чем больше людей, тем
