Бывает так, что обстоятельства диктуют тебе свою волю, но при этом ты лично ничего против особо не имеешь. Уличный воришка Крис Жучок по воле судьбы (выступающей в данном случае под видом немолодого мага со своими далеко идущими планами) стал третьим сыном барона, получил имя Эраст фон Рут и был отправлен вместо него ко всем демонам на кулички учиться магии в какой-то никому не известный Вороний замок. Вот только принять волю судьбы и подчиниться ей безропотно – это разные вещи. И уж совсем не факт, что планы новоявленного барона совпадут с планами того, кто изменил его жизнь навсегда. Приключения начинаются!
Авторы: Васильев Андрей
областями магии. Ворон учил нас кое-каким премудростям некромантического знания, поскольку не чурался его, но они в основном были практического применения. Упокоить мертвеца, выпытать у умершего некие знания, что он унес с собой за грань, забрать золото из могилы так, чтобы покойник после не таскался за тобой по ночам, — это да. Но тут — совсем другое. Здесь маг забирал силу умирающего для того, чтобы передать живому и за ее счет исцелить его от, к примеру, давней хвори. Чем моложе, полнокровнее и физически крепче жертва, тем лучше результат, тем здоровее будет тот, кому достанется ее сила. А в некоторых случаях можно было даже выторговать у Смерти год-другой в дополнение к жизни, если верить автору книги. Но там какие-то особенные нюансы в плетении формулы имелись, их неизвестный мне маг в текст не вставил, как видно, решив, что это уже точно перебор.
Грязное заклятие, короче. Ворон такое бы не одобрил, потому, заучив формулу, я прикопал книгу обратно, да так, что случайно ее и не найдешь. А теперь, должно быть, она и вовсе сгорела.
Ну а после я про него практически забыл. Да и где мне было его применять? В бою подобная волшба пригодиться не может, поскольку в процессе ее применения слишком много условностей, частной магической практикой я не занимался, а никому из моих друзей годков жизни прибавлять не требовалось пока, они же все еще молоды. Или мертвы. Да и рисковать не хотелось, потому что Ворон, повторюсь, вряд ли бы меня за эдакие познания похвалил.
А теперь вот — пригодилось. И Белая Ведьма, и Люций явно не чураются самых мрачных тайн магического знания, так что козырнуть своей осведомленностью в данном разделе точно лишним не будет.
Кровь вспыхнула на лету и втянулась обратно в вены обреченного чернеца, его кожа немедленно начала меняться так же, как чернеет лист пергамента перед тем, как на миг стать огненной вспышкой.
Секунда — и пламя десятками маленьких вулканов прорвалось наружу, быстро охватывая все тело обреченного на муку юноши.
В голос закричал один из его товарищей, а после, брызгая слюной, начал биться головой о стену дома так, будто хотел ее расколотить. Голову, само собой, не стену. Хотя… Может, так и есть, может, он предпочел такую смерть невеселой перспективе знакомства с кем-то из моих друзей. Ясно же, что все эти орденцы достанутся нам, одним Белая Ведьма не ограничится.
Чернец и в самом деле напоминал факел, он горел ясным пламенем, разве что только без искр и вони паленой плоти. Ну и еще не бывает у факелов раскинутых в разные стороны рук, за которые, само собой, уже никто никого не держал. Эльфы отошли в сторонку и с интересом наблюдали за происходящим.
Я все сделал правильно, последним сгорело сердце паренька. Оно, как и было написано в книге, блеснуло яркой белой вспышкой, которую ни с чем нельзя было спутать. По идее, вот тут-то и надо было прочесть вторую часть заклятия, в которой трижды следовало упомянуть имя того, кто заберет себе жизненные силы человека, принесенного в жертву, а после швырнуть в сердечное пламя смоченный в крови заказчика кусочек пергамента.
У меня ничего подобного в планах не имелось, потому я просто стоял и смотрел, как меркнет свечение, которое могло кому-то подарить немного счастливого будущего.
Собственно, на этом все и кончилось. Сгорело сердце — и погасло все остальное. Все, что осталось от человека, — черный костяк, который неприглядной грудой осыпался на землю, да немного пушистого пепла.
— Ого! — цокнул языком дель Корд. — Интересным, оказывается, вас вещам Герхард учил. Сам вечно орал, что магия Смерти в большинстве своем есть зло в чистом виде, а поди же ты! Это, конечно, не некромантия высшего порядка, но тем не менее увиденное сейчас от нее недалеко отстоит.
— Удивил, — признала и Белая Ведьма. — И порадовал. Сложное заклинание, не думала, что ты сможешь им овладеть.
— От себя замечу, Октарэн, что если твои друзья способны на то, что мы созерцали, то имеет смысл не прибавлять к ним слово «бывшие», — добавил Аэль. — К таким людям лучше применять слово «верные».
— Это вряд ли. Видишь ли, у нас разные цели, — с насмешкой ответила ему наша бывшая соученица. — Они собираются мстить за своего учителя, а я… Ну, про меня ты все знаешь.
— Нашего, — поправила ее Фриша.
— Вашего, — осекла ее Белая Ведьма. — У меня, дорогая, после Вороньего замка появились и другие наставники, которые оказались куда более сведущими в магии, чем тот, кого вы звали Ворон.
— Месть — веский аргумент, — прервал спор Аэль. — Она не хуже и не лучше любого другого, а в некоторых случаях даже почетней. Так или иначе, впереди большие сражения, нам понадобятся ваши знания и умения. Цели разные, это так, но враги-то общие, верно?
