Бывает так, что обстоятельства диктуют тебе свою волю, но при этом ты лично ничего против особо не имеешь. Уличный воришка Крис Жучок по воле судьбы (выступающей в данном случае под видом немолодого мага со своими далеко идущими планами) стал третьим сыном барона, получил имя Эраст фон Рут и был отправлен вместо него ко всем демонам на кулички учиться магии в какой-то никому не известный Вороний замок. Вот только принять волю судьбы и подчиниться ей безропотно – это разные вещи. И уж совсем не факт, что планы новоявленного барона совпадут с планами того, кто изменил его жизнь навсегда. Приключения начинаются!
Авторы: Васильев Андрей
Причем речь не только о душевных страданиях, но и о физической стороне дела. Так быстро, как после нашего разгрома, я еще никогда не бегал, поверь. Даже когда в юности от братьев одной симпатичной девицы без штанов удирал.
Он приобнял меня и похлопал по спине. Было заметно, что он тоже рад меня встретить.
— Это все, кто из питомцев Шварца остался? — спросил Рангвальд, глядя на ребят, которые, последовав моему примеру, спешивались один за другим. — Стало быть, тоже мелким гребешком вас судьба причесала? Про Ворона не спрашиваю, я с самого начала не верил в две вещи, хоть и разные слухи ходили. Первое — что он остался жив. Второе — что он перед смертью сознался во всех злодеяниях земных и просил за них прощения у Ордена Истины, Императора и лично его архимагичества Гая Петрониуса Туллия. В то, что этот старый упрямец сквернословил, испуская дух, и кинул предсмертное подсердечное проклятье — верю сразу. Но в такую дичь — уж увольте!
— И правильно делаете, — кивнул я. — Попадись мне тот, кто такую ерунду несет, лично ему кишки на шею намотал бы!
— Такая возможность у тебя скоро будет, — пообещал Рангвальд. — Эти бредни из Светлого Братства ползут, их работа. А они, как известно, днями пожаловали в наши края, так что скоро мы с собратьями по цеху померяемся, кто выше на стенку написает. Андипа, да отстань ты от молодежи, прошу тебя! А еще лучше — иди в сарай спать, пока нашей драконице на глаза не попался. Она и так зла куда больше, чем обычно!
— «Драконица» — это вы о ней? — я мотнул подбородком в сторону дома, куда удалилась Белая Ведьма.
— А то о ком же? — улыбнулся Рангвальд. — Не мной придумано, но сказано верно. Они, скорее всего, такими и были, эти самые драконы — холодные, смертоносные и безжалостные. Только при ней такое не брякни, очень тебя прошу. Знать она про это прозвище, разумеется, знает, и если до сих пор никого не убила за него, значит, оно пришлось ей по душе. Но это не значит, что стоит его употреблять не к месту. Андипа, ты меня слышишь вообще?
Он обращался к одетому в драную хламиду, заросшему щетиной и пьяному до невозможности магу, который сейчас пытался всучить кувшин вина Эбердин, что-то бессвязно лепеча и пытаясь при этом еще и пританцовывать. Та со свойственным ей хладнокровием отводила руку с сосудом в сторону, попутно объясняя, что ей ничего не надо, кроме нескольких часов сна.
— Некоторые не выдержали произошедшего, — негромко объяснил мне Рангвальд. — Сломались. Андипа прекрасный маг, из настоящих, один из лучших зельеваров Рагеллона. За его снадобьями из Халифатов тамошние богатеи специально корабли отправляли, между прочим. А теперь вот способен только вино глушить и огненные забавы в воздух запускать. Да оставь ты девушку в покое, не станет она с тобой плясать. Иди спать!
— Давайте мы его отведем, — предложил моему собеседнику Карл, с интересом глядя на кувшин, явно полный более чем наполовину. — Только скажите — куда?
— В сарай, — ткнул рукой в нужном направлении Рангвальд. — Куда еще? А лошадей на конюшню можете поставить, вон в ту.
Эль Гракх отвесил церемонный поклон магу льда, чем меня немного удивил, после забрал повод моего скакуна и повел его рядом со своим в указанном направлении.
— Пантариец? — уточнил Рангвальд, глядя в спину моего друга. — Я бывал в их краях. Ну вот, пожалуйста! Эй, здоровяк, держать его следовало крепче!
Андипа вырвался из рук Фалька, выбежал на небольшую центральную площадь деревни и начал на ней выписывать коленца, поднимая клубы видимой даже в темноте пыли. Карл бросился его ловить.
— Как он сюда-то добрался? — удивился я. — Насколько я понял, слабые духом дорогу не одолели.
— Повезло, — пояснил мой собеседник, отходя в сторону и пристраиваясь на лавочку. — Как, впрочем, и мне. Дель Корд одним из первых сообразил, что войска не просто так нас в тройное кольцо на ночевке взяли, попытался остальным объяснить, что это конец, что нас предали и нынче же станут убивать за дальнейшей ненадобностью. Большинство ему не поверило. Или поверило, но уже хотело только одного — чтобы все хоть как-то, но закончилось, пусть даже не самым лучшим образом, — это мне кажется наиболее вероятным. Маги не доверчивые купеческие дочки, мы умеем читать знаки и сводить воедино факты, но только тогда, когда нам самим это нужно и важно. Я видел той ночью, как некоторые из нас просто вставали на колени и подставляли горло под сталь. И, знаешь, я не виню тех, кто так поступил. Терпение гранично, не у всех его запасы безмерны. Маги — не люди, но мы тоже умеем просто уставать от жизни.
— Это да, — признал я, вспомнив Агнесс, оставшуюся в далеких и спокойных по нашим нынешним меркам Халифатах. Она хорошая, но всего того, что выпало на нашу долю
