Бывает так, что обстоятельства диктуют тебе свою волю, но при этом ты лично ничего против особо не имеешь. Уличный воришка Крис Жучок по воле судьбы (выступающей в данном случае под видом немолодого мага со своими далеко идущими планами) стал третьим сыном барона, получил имя Эраст фон Рут и был отправлен вместо него ко всем демонам на кулички учиться магии в какой-то никому не известный Вороний замок. Вот только принять волю судьбы и подчиниться ей безропотно – это разные вещи. И уж совсем не факт, что планы новоявленного барона совпадут с планами того, кто изменил его жизнь навсегда. Приключения начинаются!
Авторы: Васильев Андрей
за последний год, не выдержала бы наверняка. Она всегда слабенькая была…
— Мне не нравилось то, что творил на войне Люций, — продолжил Рангвальд задумчиво, достав из напоясной сумки трубку и табак почти тем же жестом, что когда-то Ворон. — Я много воевал, это так, но удовольствия ради никогда не убивал, не то что он. Еще эти его ритуалы, от которых даже тех, кто успел по молодости обшарить не один старый храм, в дрожь бросает… Но жить захочешь — и за гадюку схватишься. Я примкнул к тем, кто слушал Люция, вместе с ними шел на прорыв колец обороны, после брел через холмы и леса, как результат — оказался здесь. А Андипа, в свою очередь, ко мне что твой хвостик прилип. Я когда-то был очень дружен с его сестрой, и он с тех пор меня как родича воспринимает, хоть Ралина давно умерла. Ну а я, сам не знаю зачем, выгораживаю его и от гнева нашей нанимательницы прикрываю. Она, знаешь ли, не любит тех, кто не приносит пользы или ей перечит. Кое-кто из пришедших с нами это уже на своей шкуре испробовал.
— Она чего, и своих? — я чиркнул пальцем по горлу.
— Всякое бывало, — расплывчато ответил Рангвальд, выпустив из рта табачный дым. — Одно хорошо — мы ей подарочек приготовили. Днем схомутали трех магов из Братства, они сейчас в подвале сидят. Глядишь, завтра поутру она их терзать начнет, вытягивая все, что они знают, и не станет разбирательства устраивать по сегодняшней оплошности.
А я бы тоже послушал, что эти пленные расскажут. Почему нет? Ворон много раз говорил о том, что чем больше ты знаешь о противнике, тем выше твои шансы как просто выжить, так и победить.
И еще заодно можно было бы кое-что о другом ее пленнике узнать. Если тот еще жив, разумеется.
Народ с площади разошелся, ни о каком продолжении веселья речь уже не шла, причем у многих лица откровенно помрачнели. Может, они Белую Ведьму сегодня просто не ждали?
Но вообще поразительная беспечность, даже для нашего сословия. Такое ощущение, что им на самом деле все равно — жить или умереть. В деревне только маги, никакой воинской поддержкой даже не пахнет — и элементарного сигнального круга не поставили.
Как их тут всех не перебили еще? Мы сами не образец бдительности, но это уже совсем за гранью…
— Зря вы сюда приехали, — снова пыхнул дымом Рангвальд. — Лучше бы на Острова подались, честное слово. С нашим поколением все ясно, мы добрались до нашего последнего берега, дальше тишина. Но вы еще молоды. Лет семь-десять, и все переменится. Мир станет другим, уж поверь мне, Эраст. Линдус сколотил свою Империю слишком быстро, а значит, долго ей не простоять, рассыплется она на куски и всех его сторонников под собой погребет. Ну Туллий выживет, это ясно, но все остальные сгинут. Да, будет огонь, да, по миру пройдется всеобщая война, не сказать — резня, и все, что ей сопутствует, вроде мора и голода, — тоже; но потом все начнется сначала. И в этом новом мире, возможно, для вас место бы нашлось. Это пока мы живы, вы подмастерья. В том будущем не будет нас, и тогда именно вас назовут магами, потому что тот, кто хоть что-то знает, значит куда больше, чем тот, кто не знает ничего.
— Долг надо платить, — пояснил я. — За наставника.
— Дурь редкостная. Надо же такое придумать? — Рангвальд выбил трубку о каблук сапога. — Долг? Кому? Ордену? Братству? Ну убьете вы пару десятков чернецов, и что — Ворону радостней станет? Он мертв, приятель. Ему уже все равно. Но оживи он на пять минут, я знаю, на что бы он их потратил. Сказать? Начал бы вас лупцевать всем, что под руку подвернулось за подобные речи. Надо объяснять, отчего он так поступил бы?
— Нет, — буркнул я, щеки предательски заалели.
— И то хорошо, что покраснел, значит, не совсем ты пропащий, — маг глянул на звездное небо. — Так что переночуйте, а завтра в путь. Проваливайте отсюда куда подальше, с Люцием я поговорю, а он драконицу попросит, может, та вам подорожную выпишет. Надеюсь, с эльфами вы договор не успели заключить?
Я промолчал, но — красноречиво.
— Боги, дайте мне терпения, — как-то очень по-вороновски произнес Рангвальд. — С кем именно?
— С Аэлем, — ответил я.
— Выходит, нет у нас будущего, — вздохнул мой собеседник. — Ну, может, оно к лучшему. Вымрем как вид, да и ладно, к тому все и шло. Иди спать, подмастерье, нет у меня желания сегодня больше разговаривать, ты с лихвой превысил пределы глупостей, которые я могу выслушать. Тем более что завтра будет долгий и тяжелый день. Когда Белая Ведьма тут, они легкими не бывают. Ну день днем, а у меня лично еще и ночка та выдалась, причем я ничего такого даже не ожидал.
Заснул я быстро. Собственно, у меня по-другому и не бывает, а если еще и под крышей ночевать доводится, да на приятно пахнущем сене — это просто роскошь какая-то.
Но вот то, что
