Учитель для беглой княжны

жестокость кричали о его участии. Какой человек может помыслить о таком странном самоубийстве?..
«Ты так сосредоточена на маньяке, что упускаешь банальные версии, — не упустила возможности подколоть меня Реса, — например, женщину мог убить герцог, его жена, или кто-то из слуг»
В собственном доме, затолкав нож в горло?!
«Люди безжалостны… — пожала она плечами, — всё, заходи»
Влетев в комнату, я застыла на мгновение и зажала нос рукавом. Ну, Реса, ну… зараза! Хочешь, чтобы я опять надышалась этой языческой дряни?! «Герцог мог убить или его жена…» Знаешь, что?!
Вот точно перестану ходить на свидания с её обожаемым Виеном!
«Ха, кто тебя спрашивать будет, — зафрчала девочка и уже серьёзно добавила, — ты зациклилась, Олька, и потом не можешь сделать правильные выводы. Попробуй думать шире…»
В какой-то мере упрёк был справедливый, поэтому злиться я не стала. Но ещё раз!..
«Я самая святая из всех хорьков на свете!»
Ой, тут совесть искать бесполезно.
— Ольга? Тебе плохо? — удивлённо спросил Виен, поднимаясь с колен. Кажется до этого главный инквизитор лично изучал что-то на эрцгерцогском полу. — Нужна помощь?
Отрицательно покачала головой и бросила взгляд на ковёр. Зольер накрыл тело тканью и «упаковал в светящуюся полусферу — особый холодный стазис алхимиков. Я читала об этом открыти в «Секретах семьи Ло».
— Вот ж девка неугомонная! — ворчливо вторил ему Гардэн: — Зольер, может ей от тошноты что дать или успокоительное?
Сообразив, что меня сейчас за малахольную примут, торопливо замахала ладошкой.
— Остаточная сила, — пояснила я, безжалостно гнусавя, — сомневаюсь, что герцог оценит такое проведение.
Мэтр Зольер сообразил первым — впрочем, он единственный из всех видел меня в храме.
— Опять языческая сила? Ты уверена?
— Как в самой себе, — повела плечами, желая буквально сбросить давящие ощущения, — он даже не таился, наоборот — как будто специально из кожи вон лез ради…
— Ради эффекта? — закончил мэтр. Я обрадованно щёлкнула пальцами.
— Да-да, чтобы мы увидели и… впечатлились!
— Любопытно, — покачал головой Зольер, — если бы не общая канва преступления, кажется, что мы имеем дело с разными людьми. В начале всё было аккуратно и тонко, а сейчас — громко и жестко. Что скажешь, Виен?
Главный инквизитор задумчиво крутил в пальцах визитку с туалетного столика и ответил не сразу.
— Я уверен, что это один человек. Но ты прав, стратегия у него поменялась и поменялась именно с появлением Олли… Знать, кого я привезу из Империи, убийца определённо не мог, но о роли Ольги он догадался поразительно быстро.
У меня за мгновение пересохло в горле.
— Ты считаешь, я связана с маньяком?! — слова вылетели сами собой. Неужели Виен всерьёз полагает, что я могу быть замешана в убийствах? Неужели он такого плохого обо мне мнения?.. Но удивлённые взгляды Зольера и Гардена просто кричали о том, что я неправильно поняла своего инквизитора.
— На самом деле, — потянул Виен с таким… скорбным видом, что захотелось его укусить! — У вас есть одна общая черта. Я был у главы языческой общины, и он заверил, что все посвящения строго проверяются. Чернобога в его списках нет. Значит, либо мы ошиблись, либо это гость из Империи.
— Такие дела строго секретны. Нужен официальный запрос в нашу тайную канцелярию, — выдавила я. Виен криво улыбнулся.
— На быстрый я получу отказ, на официальный нет времени. Придётся работать с тем, что есть. Зольер, забирай тело и выжми из него по максимуму. Гарден, собирай всех обитателей дворца — будем восстанавливать картину событий.
Задача на проверку оказалась не из простых. Герцогиня недовольно ворчала, эрцгерцог хлюпал носом, а слуги так и норовили разбежаться по своим делам. Личные камеристки покойной заметно нервничали и боялись ляпнуть что-то лишнее. Обстановка выходила крайне напряжённой, и я даже не представляла, каких трудов Виену стоило держать лицо.
Постепенно мы узнали следующее.
После завтрака в дом эрцгерцога постучался курьер со значком известной кондитерской. Якобы ему велили доставить прекрасной даме, герцогине Фэльтон, «сладость такую же прекрасную, как она». По словам служанок, увидев торт, старая хозяйка сильно удивилась, но прочитав записку, повеселела. Только сразу после ухода курьера она повела себя странно.
— Буквально вцепилась в торт, ага, — вещала камеристка, — мы уже и забрать пытались, а их сиятельство держала намертво. Весь торт съела! Я к кучеру побежала, чтобы за доктором съездил, а когда вернулась, она уже… того, бездыханная.
— Долго вас не было? — деловито уточнил Виен.
— Да