Великой княжне Ольге надо собраться. Но то дар преподнесёт сюрприз, то убийца действует не по плану, то самый хороший, самый лучший инквизитор… Впрочем, о нём думать не стоит. Совсем не стоит! А ещё угроза разоблачения зависла над бедной княжной. И как в таких условиях раскрывать дело, за которым, кажется, прячется нечто крайне важное… Первая часть: А не пойти ли вам лесом, господин инквизитор?..
Авторы: Ксения Васёва
лучше, я невинно захлопала ресницами:
— Я же говорила тебе вчера! Помнится, ты даже согласился меня обучать!
Ответом мне было лукавое:
— Да? А разве я не другое обучение имел в виду?
Вот памятливый, зараза!
— У меня был стресс и шок, а ты подло воспользовался ситуацией. Но сейчас я готова восстановить справедливость!
Он смотрел на меня, не мигая. Сердце вновь заныло — так легко протянуть руку, зарыться пальчиками в светлые волосы, прикоснуться к губам и… Потемневший взгляд Виена вызывал сладкий пожар внизу живота. И нет, не надо вспоминать наше ночное распутство!
— Виен! — щелчок пальцев Эсмин разорвал невидимый контакт между нами. — Ты уже видел Ирвина? Он приглашён на приём с твоим дядей.
Отвлёкшись от меня, Виен изумлённо уставился на матушку.
— Ирвин на приёме с дядей?! Какого?!..
Я едва подавила желание его ущипнуть.
— Рани беременна. По такому случаю Дэниэл снял все запреты и позволил им вернуться в столицу.
Рани, как я понимаю, кузина, а Дэниэл — дядя?.. Кажется, у Виена сегодня день потрясений. Раздумывая над словами матушки, инквизитор надолго замолчал. Только сейчас я соизволила оглянуться и осознать, что мы остались втроём. Впрочем, Лерия и Реймонд вскоре нашлись под сенью цветущей вишни — принц что-то тихо втолковывал супруге. А вот Августа с дочерью исчезли из поля зрения.
Ну и слава Великому!
Перехватив мой взгляд, Эсмин отрицательно покачала головой.
— Не стоит. Рэй хороший мальчик, но в силу возраста дурак и максималист. Он должен отпустить Лери за мечтой.
Наблюдая за яростной жестикуляцией его высочества, я лишь покачала головой. Не знаю, как отпустить, но обидеть вполне способен.
— Пожалуй, ты права, — вдруг согласилась Эсмин, — пойду-ка я проконтролирую. И Олли… не нужно таких взглядов. Не то место.
Наверное, я покраснела до кончиков пальцев. В самом деле, что с тобой, Ольга?! Мы вообще-то признали Виена снобом и разочаровались!
Но погрузиться в пучину депрессии не удалось — на крыльцо вышел хозяина дома. Высокий ассириец был смуглым, подтянутым и, несмотря на возраст, до сих пор черноволосым. Но лучики морщин уже брали своё. В молодости посол, наверное, был невероятно привлекательным!
Хозяин произнёс короткую речь, поблагодарив всех гостей за подарки и внимание. Особо отметил, конечно, принца, отсалютовав Реймонду бокалом, и объявил начало танцев.
Местный цвет дворянства потянулся в открытые двери особняка, а мы с Виеном остались на улице. Участвовать мне не хотелось, да и валесские танцы я не учила.
— Могу я пригласить фройляйн? — раздалось насмешливо. Я стремительно обернулась к Виену, протянувшему мне ладонь.
— А?.. Но мы же… не в зале?..
— А зачем нам в зал?
Из дверей и окон музыка лилась полноводной рекой. Прислушавшись, я уловила знакомые ноты. Нечто вроде вальса, но в другой, непривычной обработке.
— У нас разные танцы, — попыталась оправдаться я, нерешительно принимая его руку.
— Ничего. Я знаю имперскую версию. Музыка, правда, не та, но попробуем? — он совсем по-ксавьеровски подмигнул. Я не сдержала ответную улыбку. И вправду, зачем нам полный зал?..
Отвыкнув, я едва не запуталась в ногах, но многолетние тренировки дали свои плоды. В какой-то миг я расслабилась, погружаясь в танец. Виен уверенно вёл, словно всю жизнь разучал имперский вальс. Шаг — и случайно пойманный взгляд, шаг в сторону — и тепло от его ладони, сжимающей мою. Поворот, от которого кружится голова, и его объятия. Меня поймали, как глупую птичку в сети, и подняли над землёй. И вновь мир закружился, даря забытое, почти детское ощущение лёгкости.
Музыка смолкла внезапно. Мы замерли, глядя друг на друга.
— Ах вот в чём был ваш коварный план, герр! «Не на публике можно»?..
Виен нахмурил брови, явно силясь понять, о чём я. Вспомнил. В глазах запрыгали уже знакомые упырики.
— Да-да, прекрасная фройляйн, — расфыркался он, будто обиженный, — иногда я настолько коварный, что даже сам не осознаю своего коварства!..
… Визг раздался такой, что зазвенели стёкла. Следом понеслось истеричное: «Помогите!».
Переглянувшись, мы с Виеном бросились в дом.
Виен ворвался в зал, словно ураган, на ходу формируя золотой щит. Но к счастью, защита не понадобилась. Я же замерла у дверей, наблюдая, как толпа растекается перед инквизитором, образуя этакий коридор. В центре зала бился в конвульсиях незнакомый мне мужчина средних лет. Рядом с ним на коленях стояла молодая ассирийка с круглыми от шока глазами.
— Все в сторону, — рявкнул Виен, и толпа покорно отхлынула к стенам. Мужчина на полу дёрнулся в последний раз и затих.
