Учитель для беглой княжны

Несколько минут мы ехали в молчании. Потом я не выдержала. Не люблю копить пустые обиды.
— Виен, в конце концов, я пострадавшая! Ты должен понимать, что мне свойственны некоторые перегибы! Будь снисходительным!
— Я вас ни в чём не обвиняю, фройляйн.
Убью его — и меня точно оправдают! Как это называется?! Крайняя степень аффекта?..
На эмоциях я подскочила, напрочь забыв про карету. Ох, не везёт мне с этими поездками! Кучер резко подхлестнул лошадей, и я, конечно же, полетела вперёд.
— Вы тридцать три несчастья, фройляйн, — с показной усталостью в голосе отозвался Виен, подхватывая меня. Так приятно стало, что аж в животе защекотало! И этот запах… свежий, мятный, с ноткой едва уловимой горечи. Я едва удержалась от желания, чтобы не уткнуться носом ему в шею. Интересно, что за парфюм?
— Не сердись…
Скрипнул зубами, посадил меня рядом и приобнял, удерживая от падения. Так и ехали.
— Только не лезь вперёд, — проворчал он, когда карета оставновилась. Вроде недовольно, но я чувствовала — оттаял. И покорно кивнула, принимая руку.
Ой. Привыкнув к городу, я в первый миг оглохла от тишины. Щебет птиц и шелестящие переливы деревьев, запах скошенной травы и освежающая влажность. Как здорово! После долгой имперской зимы я совершенно отвыкла от таких чудес!
— Пойдём, горе-эксперт, — хмыкнул Виен. Вопреки его ожиданиям, я лишь вздохнула. Точно горе-эксперт!
А этот… горе-инквизитор опять подхватил меня на руки!
— Зачем?!
— Традиция такая, — произнёс мужчина, — что девушку через порог своего дома нужно переносить на руках, дабы нечисть её не заметила и из дома не увела.
Озадаченно промолчала. Ладно, в чужой монастырь со своим уставом…
Но сидеть на его руках я не стала, заупрямилась. Как никак, рана Виена ещё не зажила. Мы шли вместе, почти обнявшись, и наверное, для прислуги это выглядело странно. Инквизитор придерживал меня, сообщал о каждом пороге или ступеньке, и ничем не выдавал своего недовольства. Но да — донести меня на руках ему было бы быстрее. С другой стороны, я должна привыкнуть к слепоте. Неделю же в кровати не проваляешься.
— Хороший вариант, — оценил Виен, когда я озвучила ему мысль, — а главное, тихий и спокойный для моих нервов.
— В таком случае я просто не имею право отдыхать, — съязвила обиженно, — чтобы не доставлять тебе удовольствие!
Инквизитор почему-то закашлялся в ответ.
— Жестоко, — отозвался он с усмешкой. Почему «жестоко» я спросить не успела — мы перешли порог, видимо, моей будущей комнаты.
— Катерина, позови Мэди и подойдите обе, — приказал Виен куда-то поверх меня. Машинально вздрогнула. Всё никак не привыкну, что люди могут стоять не только рядом.
— Звали, ваше преосвященство? — послышался звонкий и тонкий голос. Моя ровесница? Я еле слышно хихикнула. У Виена, судя по его характеру, должен быть штат суровых матрон в чепчиках и передниках на валесский манер.
Инквизитор коротко проинструктировал служанок насчёт моей персоны. Обижать нельзя, трогать без согласия нельзя, выполнять любую прихоть. Эдак я сама начну бояться, что стану невольной причиной увольнения служанок!
— Всё ясно? — фирменным ледяным голосом закончил он. В ответ служанки, как военные, выдали нечто вроде: «Да, ваше преосвященство!». Хм-м, интересно, какая атмосфера царит в доме семьи Виена?.. Ведь инквизиторы — гражданские служащие, а кардинал вообще духовное лицо.
Я вдруг осознала, что видела всех членов семьи Корриан — и никогда бы не подумала, что они родственники.
— Я сейчас в управление, вернусь позже. Буду рад, если ты дождёшься меня к ужину.
Кивнула.
— Пожалуй, я немного посплю, а когда ты вернёшься — отправь, чтобы меня разбудили. И вещи, Виен… у меня ничего нет.
— Я попрошу Эйлин, чтобы она передала.
— Благодарю.
И тишина. Он не уходил, стоял рядом, хотя в этом уже не было необходимости.
— Олли…
— Иди, — я улыбнулась. На разговоры не было сил: — У меня на родине говорят: раньше уйдёшь, раньше вернёшься. Я буду тебя ждать.
И хотела протянуть ладонь, чтобы коснуться его, но запоздало вспомнила, что мы не одни и… это просто неуместно. Он валесский инквизитор, важная шишка, я беглая княжна и, как Виен правильно сказал, горе-эксперт. Между нами пропасть.
Покидая Империю, я была уверена, что с этой пропастью невозможно совладать. А сейчас?..
— Отдыхай, — отозвался он и стремительно покинул комнату. Без Виена мне стало и боязно, и одиноко, но я же, в конце концов, княжна!
Порой мне кажется, что вся моя жизнь держится на этой дурацкой фразе.
— Мэди? Вы здесь?
— Да, ваше… — она споткнулась.