Если ты ухитрился поступить в Академию Магических Искусств, то легкими твои будни уж точно не назовешь. Лекции и практикумы, зубрежка и тренировки… Жизнь и верно пошла тяжелая, а вот насколько она окажется интересной — зависит только от тебя. Но если ты в равной мере наделен как талантом, так и способностью совать свой нос куда не просят, скучно не будет наверняка. Вот только… кто окажется страшнее: василиск, Фенрир Волк или разгневанный декан?
Авторы: Быкова Мария Алексеевна, Телятникова Лариса Ивановна
нежно прижимая к груди. Холодный зимний ветер вырывал все у меня из рук, так что, когда вдали показались стены Академии, почетная грамота, сделанная, к слову, из дорогого и плотного картона (не пергамента, заметьте!), больше всего напоминала не домятый до конца черновик.
Ничего, придем — разглажу. Или Полин попрошу, она у меня хозяйственная.
Мы вошли во двор, минуя знаменитый ореховый куст (оттуда доносились неясные звуки, из которых следовало, что сегодня старшекурсников снова был практикум по фэйриведению). Не иначе как созерцание родной Академии благоприятно повлияло на мои мыслительные способности. До меня вдруг дошла одна идея, столь приятная, что я даже немножко согрелась.
— Магистр Рихтер… ох, мрыс эт веллер, — очередной порыв ветра заново выгнул мой злополучный диплом, — грамота — это, конечно, хорошо, но как насчет… э-э… денежного эквивалента?
— Вы про стипендию? — уточнил Эгмонт.
Я кивнула.
Он пожал плечами:
— Будет вам стипендия, разумеется… Точной суммы не припомню, но прилично. За первые места обыкновенно хорошо платят.
Я фыркнула — еще бы попробовали не платить! — и вдруг остановилась, пораженная гениальной мыслью № 2. Обыкновенно, значит, платят… ну да, все верно, с чего это я взяла, что некромантия — это единственный олимпиадный предмет?! А раз так, то перспективы открываются до жути заманчивые…
— Не спи — замерзнешь! — ворчливо одернула меня старшая элементаль. Только тогда до меня дошло, что я замерла на пороге входной двери, а внутрь уже успело занести маленькую снежную кучку. — Давай, дева, или туда, или сюда!
Я дала сюда, то есть вошла внутрь и захлопнула тяжелую дверь. Гнома-завхоза рядом не было, так что уничтожать кучку было незачем. Сама растает.
На счастье, Эгмонт не успел еще отойти далеко — я быстро догнала его, на ходу расстегивая плащ.
— Скажите, магистр… а олимпиады по боевой магии КОВЕНом не проводятся?
Рихтер глянул на меня с некоторым подозрением.
— Еще как проводятся, — наконец ответил он.
— И для первокурсников тоже?
— И для первокурсников.
— А мне можно участвовать? — с надеждой осведомилась я, вспомнив свои успехи в профильной дисциплине.
Собственно, я не сомневалась в ответе: разумеется, можно — лучшая я или нет? Разве Академии не нужны дополнительные ассигнования вкупе с явной и несомненной славой? Если уж я на некромантии, к которой отродясь не выказывала больших способностей, одержала такую блистательную победу, то на боевой-то магии…
— Нет, — жестко ответил Рихтер. — По крайней мере, не в этом году.
— Но… — я недоумевающе воззрилась на магистра, — но почему?! Разве я не…
И тут Эгмонт широко улыбнулся — в точности как тогда на экзамене в конце прошлого семестра. Я немедленно заподозрила подвох: Рихтер вам не Хельги, он просто так не улыбается.
И подвох не замедлил сказаться:
— Дорогая, — с нескрываемым удовольствием произнес магистр; я сначала выпала в осадок, потом сообразила, что он, кажется, кого-то цитирует, — ну нельзя же быть такой эгоисткой — подумай, другим тоже хочется поразвлечься!..
Он улыбнулся еще раз и испарился. Разумеется, в прямом смысле слова.
«Не к добру это все…» — смутно подумалось мне.
Кто придумал, будто лютня не ударный инструмент?
Неизвестный эльфийский менестрель (по непроверенным данным — Морольт ан Финденгейро)
Естественно, домашнего задания я делать не стала — да и никто бы не стал, имея при себе такую замечательную отговорку. Остаток дня я провела самым приятным образом
