Удачная сделка

— У нас с сестрой есть три старших единокровных брата, но мы стараемся не вспоминать об их существовании. Наша с Салли мать была намного моложе отца. Его сыновья от первого брака презирали нашу мать, потому что у нее не было приданого. К тому же, по их понятиям, она была недостаточно знатной. Братья не смели оскорблять ее в присутствии отца, поэтому вымещали свою злобу на нас с Салли. — Он невесело улыбнулся. — Я рано научился драться — это оказалось очень кстати. После смерти отца старший брат выгнал нас троих из дому.
— Какая низость! Разве можно так обращаться с женой отца и с братом и сестрой? — воскликнула Джослин. — А отец вас не обеспечил?
— Он был поглощен наукой и наивно считал, что его наследник о нас позаботится, отец заблуждался. К счастью, нашей матери полагалась небольшая доля наследства. Денег хватило на небольшой домик и приличное образование для нас с Салли. — Майор грустно улыбнулся, вспомнив о домике, где прошли его самые счастливые дни. — После смерти матери поступление денег, конечно, прекратилось, но к тому времени я уже служил в армии, а Салли заканчивала учебу. Мы неплохо справились с трудностями.
— Неудивительно, что вы с сестрой так близки.
— В детстве мы были лучшими друзьями. Мы вместе играли и вместе учились. — Он улыбнулся. — С ней было даже веселее, чем с моим любимым пони.
Не скрывая зависти, Джослин призналась:
— Мне всегда хотелось иметь брата или сестру.
— Я бы предложил вам одного из моих единокровных братьев, но сомневаюсь, что вы могли бы с ними поладить. Они даже друг с другом не ладят. Когда я их знал, они постоянно ссорились. И я не думаю, чтобы они стали лучше. От некоторых недостатков с возрастом можно избавиться, но останутся подлость и злость… Наверное, братья похожи на свою мать — во всяком случае, на отца они абсолютно не похожи.
— Я, кажется, понимаю, почему ваша сестра не считала возможным обратиться к ним в трудную минуту. — Джослин поджала губы. — Предательство со стороны близких оказывается самым жестоким ударом…
Дэвиду было бы интересно узнать, чье предательство оказалось для Джослин жестоким ударом. Возможно, она вспомнила об отце, составившем столь странное завещание.
— Жаль, что родственников нельзя выбирать, как выбираешь друзей, — пробормотал майор.
— Да, очень жаль, — улыбнулась Джослин. — Но лишь благодаря моей тете Эльвире мы с вами познакомились. Если бы она не мечтала заполучить этот дом, то мне, возможно, не пришло бы в голову… я не решилась бы на столь необдуманный брак.
Дэвид тяжко вздохнул. Слова Джослин стали отрезвляющим напоминанием о том, что интимность этого ночного разговора всего лишь иллюзия. Их брак существует лишь на бумаге, и, конечно же, через несколько недель его придется расторгнуть. Ведь леди Джослин была абсолютно уверена в том, что он не выживет.
Майор понимал, что им предстоит обсудить этот вопрос, но сейчас у него не было сил на подобные разговоры.
— Не надо тревожиться, леди Джослин. Я думаю, что с таким непреднамеренным браком можно будет покончить к обоюдному удовольствию.
Она, похоже, обрадовалась.
— Неужели? Каким образом?
Но тут в комнату вошел Морган с подносом в руках. Обуздав свое любопытство, Джослин сказала:
— Мы сможем обсудить это завтра. Или, вернее, сегодня, днем. А сейчас вам надо поесть.
Хотя поднос был снабжен специальными ножками, воспользоваться им, лежа в постели, оказалось не так-то просто, возможно, потому, что разговор с леди Джослин очень утомил Дэвида. Когда он попытался поднести ко рту ложку куриного супа с ячменем, его рука дрогнула и суп разлился по подносу. Моргана уже отправили обратно на кухню, поэтому Джослин решила сама накормить майора. Она взялась за ложку, но он тотчас же запротестовал:
— Вам не следует это делать! Она укоризненно посмотрела на него.
— Вы думаете, я не справлюсь?
— Вы прекрасно понимаете, что я имею в виду. — Майор хотел еще что-то сказать, но тут Джослин влила ему в рот ложку супа. Проглотив его, он в смущении пробормотал:
— Вам не стоит утруждать себя ради меня.
Она покачала головой:
— Если я аристократка, то это еще не значит, что я ни на что не гожусь. Возможно, вам следует называть меня просто Джослин.
Майор открыл рот, чтобы ответить, но она тотчас же влила в него следующую ложку и весело рассмеялась. Дэвид выразительно взглянул на нее и, проглотив суп, пробормотал:
— У вас это неплохо получается. Вам уже приходилось ухаживать за больными?
Джослин нахмурилась и опустила глаза.
— Я ухаживала за отцом в последние недели его жизни. Отец всегда был очень здоровым и энергичным человеком. И болеть он совершенно не