Удачный выбор

моя… — Артур прижался губами к ее виску. — Ты очень храбрая девочка…
— Я хочу тебя, — виновато призналась Кимберли.
Она тесно прижалась к нему, показывая, что жаждет продолжения, которое диктовалось ее собственным нестерпимым желанием удовлетворить свой голод.
Артур снова вошел в нее. Кимберли выгнулась всем телом и задохнулась, ошеломленная мощным, чувственным приливом экстаза. Он неторопливо вел ее к вершине наслаждения, и разгоряченная, жаждущая его любви Кимберли с готовностью отдалась ритму, захватившему обоих. Тугой комок исступленного возбуждения поднимал ее все выше и выше, уши заложило от бешеного стука сердца. Тело Кимберли начало конвульсивно содрогаться, и наконец она окунулась в накатывающие одна за другой волны экстаза.
Когда Артур освободился от накопившейся энергии, она крепко обняла его — потрясенная, гордая и невероятно счастливая. Кимберли рассталась с прошлым, со скучной, разумной Кимберли Дорсет и ни секунды не жалела об этом.

Кимберли почувствовала осторожное прикосновение к своему плечу и открыла глаза. Над ней склонилось лицо Артура.
— Сейчас всего полночь, — сказал он с шутливым укором. — Неужели ты уже устала?
Кимберли покраснела и, стараясь избежать его острого, проницательного взгляда, прильнула к Артуру. Она знала, что виной всему алкоголь. У нее было такое ощущение, что ее голова набита ватой, а на веках лежит по тяжелому кирпичу.
— Извини.
Артур подложил ей под спину подушку и убрал упавшие на глаза волосы.
— То, что мы испытали с тобой, было фантастикой, но я должен признаться тебе кое в чем…
Выражение его лица было серьезным, и у Кимберли сердце ушло в пятки.
— Ты женат?
— О Господи…
Его укоризненный взгляд успокоил ее немного, но у Кимберли тотчас возникло другое опасение — не такое серьезное, как первое, но все же…
— Ты изменил своей женщине?
— Я не изменяю, — гордо заявил Артур, предпочитая не думать о том, что еще не расстался с Кони, так как обычно делал это исключительно при личной встрече, а не по телефону.
— Тогда что?
Он досадливо поморщился.
— Презерватив лопнул. Я слишком сильно возбудился, очевидно, — как бы извиняясь за свою потенцию, сказал Артур. — Я почти уверен, что нежелательных последствий не будет, но все-таки решил предупредить тебя.
— Порвался… — прошептала Кимберли. Артур описал ей случившееся в довольно красноречивых выражениях, чем вогнал ее в краску.
— Я здоров, так что в этом плане можно не беспокоиться, — спокойно продолжал он. — Я всегда был осторожен. Есть, правда риск, что ты забеременела.
Слово «забеременела» прозвучало так неожиданно для Кимберли, что само его звучание встряхнуло ее. У нее вырвался нервный смешок. Охваченная страстью, она и думать забыла о предохранении, но, как выяснилось, Артур обо всем позаботился. Правда, произошла накладка, но мало вероятно, что она зачала ребенка, едва расставшись с девственностью.
— Я думаю, все будет нормально. Насколько я знаю, забеременеть не так-то легко, — торопливо проговорила Кимберли.
— В нашей семье женщины не имеют таких проблем, — сказал Артур.
Она уткнулась в его плечо, чтобы скрыть улыбку. Похоже, он путает способность к деторождению с половой потенцией. Как это мило.
— Ты любишь детей? — спросила она.
— Нас в семье пятеро.
Артур ушел от ответа, но Кимберли не стала настаивать, поскольку у нее уже пропало игривое настроение. Ей было лет десять, когда она решила, что никогда не будет заводить детей. Артур мог придерживаться такого же мнения. Возможно, у него тоже было трудное детство и он подобно ей не хотел, чтобы его дети страдали…
Глядя на ее безмятежное лицо, Артур пытался угадать, о чем она думает. Он вдруг осознал, что впервые в жизни ему отчаянно захотелось узнать мнение женщины на этот счет — тема, от которой он всегда шарахался, как от чумы. Артур чуть не застонал, когда понял, что ее спокойствие объясняется всего лишь сонливостью, — пока он размышлял, Кимберли успела снова заснуть. Он вспомнил, как терпели; во она разговаривала с его младшим братом, который мог вывести из себя даже святого, и улыбнулся. Артур готов был поспорить, что она с ума сходит по детям, а к истории с презервативом отнеслась довольно безразлично потому, что скорее всего на данной стадии ее месячного цикла шанс забеременеть маловероятен.
Кимберли проснулась от звонка телефона. Чувствуя головную боль и жуткую физическую усталость, она протянула руку за трубкой.
— Ммм?
— Как спалось, моя красавица? — услышала она до боли знакомый бархатистый голос.
Сон как