Удачный выбор

приятно видеть в своем доме гостью, у которой все время глаза на мокром месте? Но, к сожалению, находясь рядом со счастливой супружеской парой, Кимберли еще острее ощущала предательство Артура, свое одиночество и депрессию.
Дерек относился к ней с необычайным вниманием. Он был очень добр с ней, стремился исполнить малейшую ее прихоть, во всем угодить ей, и Кимберли даже подумала, что Дерек, возможно, догадался, что она страдает от разбитого сердца.
Да, Кимберли уже не обманывала себя, — она без памяти влюбилась в Артура. Она притворялась перед самой собой, что управляет своими чувствами, а на самом деле все было не так. Теперь она точно знала, почему ждала до последней минуты, чтобы заявить о своем уходе из компании. Артуру достаточно было сказать одно только слово, и она забыла бы о своем намерении уехать в Калифорнию. Там, где дело касалось Артура Мартинеса, Кимберли соображала плохо.
Пока красотка Кони находилась в киноэкспедиции, он использовал Кимберли, чтобы заполнить пустое место в своей постели и удовлетворить свои сексуальные аппетиты. Кимберли презирала себя за то, что отдалась ему в первый же день знакомства. То, что казалось особенным, теперь представлялось дешевым и пошлым. Артур лгал ей, утверждая, что свободен, а Кимберли охотно позволяла себя обманывать, хотя прекрасно знала, что многие вполне порядочные мужчины, не задумываясь, солгут, изменяя своим возлюбленным или женам. Она, правда, не могла упрекнуть Артура в том, что он клялся ей в любви или говорил о совместном будущем, а сам обманул. Чего не было, того не было. Хоть в чем-то он оказался порядочным.
Кимберли знала, что Артур приезжал к ней домой после ее бегства из Денвера. Об этом ей сообщила соседка, которую Кимберли попросила присмотреть за квартирой и которой на всякий случай дала домашний телефон Эллис и Дерека. По словам наблюдательной соседки, Артур был очень обеспокоен внезапным исчезновением Кимберли.
Что ему нужно? — гадала теперь Кимберли. Он наверняка получил сумку со своими подарками и должен был все понять.
Кимберли немного беспокоило, что номер телефона Элис дала Дэну, рассудив, что подросток не должен страдать за грехи своего старшего брата. Она, правда, попросила Дэна никому не давать этот номер и надеялась, что он понял ее правильно, поскольку, кроме Артура, общих знакомых у них не было.
На террасе появилась Элис, на руках она держала годовалую дочку Кейт, похожую на нее как две капли воды, а рядом, держась за подол материнского платья, важно вышагивал карапуз Бобби.
— Мне очень нравится это платье, спасибо тебе, Кимберли, — сказала Элис. — Я так рада, что ты помогла Дереку, а то бы он купил что-нибудь вычурно-красивое, а в этом платье я чувствую себя очень уютно, оно очень удобное.
— Да, особенно в жаркую погоду, — сказала Кимберли.
Внезапно она почувствовала головокружение и, чтобы удержаться на ногах, ухватилась за перила террасы.
О Боже! — в страхе подумала Кимберли. У нее была задержка уже на целую неделю, чего раньше никогда не случалось. Кроме того, ее несколько раз тошнило по утрам. И вот теперь — головокружение. Кимберли предполагала, что ее недомогание вызвано сильными эмоциями, которые она испытала за последний месяц, но также не исключала того, что она беременна.
— Мне кажется, ты стала относиться к Дереку лучше, чем раньше, — не заметив приступа ее слабости, сказала Элис.
Кимберли через силу улыбнулась.
— Просто я узнала его по-настоящему только здесь, прожив рядом с вами почти две недели.
— Он уверен, что раздражал тебя, хотя я, зная о твоих отношениях с отцом, понимаю тебя. — Элис сочувственно вздохнула. — И не осуждаю за то, что тебя нервируют мужчины с властным характером.
Кимберли смутилась — оказывается, Элис в курсе секретов ее семьи.
— Об отце и его женщинах? — Кимберли постаралась говорить небрежно.
На лице Элис появилась осуждающая гримаса.
— В то ужасное лето в Калифорнии моя мачеха вела себя вызывающе. Она флиртовала с твоим отцом, чтобы досадить моему папаше, и это не способствовало созданию дружеской атмосферы. Мне было обидно за твою маму.
— У нее была нежная душа, и она была несчастна с отцом. — Кимберли ухватилась за возможность выразить наконец свою боль за мать. Она никогда не забудет, как однажды отец сказал маме, что он имеет право гулять на стороне, имея такую непривлекательную жену. — Он мог быть очень жестоким.
— Он таким образом держал тебя и твою маму в кулаке, — сказала Элис. — Но мужчина может быть сильным, не унижая и не оскорбляя женщин.
— Я знаю.
Кимберли сказала это, чтобы закрыть болезненную для нее тему. Артур тоже сильный, но это не остановило