В подъезде дома любовницы убит глава процветающей фирмы «Алексер» — Александр Серебряков. Казалось бы, дело ясное и безнадежное — заказное убийство. Но в ходе расследования у капитана милиции Алексея Леонидова возникает другая, ошеломляющая своей неправдоподобностью версия…Дело Серебрякова закрыто, можно ставить точку. Однако череда новых убийств заставляет Алексея Леонидова начать собственное расследование
Авторы: Андреева Наталья Вячеславовна
скрепя сердце влез в тесные ботинки.
Кавалькада пестро экипированных спортсменов выстроилась у кромки леса. Лыжня была присыпана снегом — мягкая и не очень удобная. Серега Барышев встал на нее и, мощно работая палками, пошел, как таран, подминая под себя свежие сугробы. За ним заскользили Анечка, потом Александра. Леонидов пропустил вперед Сережку и пошел замыкающим, готовясь извлекать из снега упавших и подталкивать отстающих. Тут Сережка действительно шлепнулся, и Алексей выловил его из сугроба, встряхнул, поставил обратно на лыжню и почувствовал, что замерзает.
— Эй, Александра! Сашка!
— Что? — обернулась она.
— Дай хоть прокатиться с ветерком. Замерз совсем, заболеть мне только не хватало.
— А ты умеешь?
— Брысь с дороги!
Саша сошла с лыжни, пропустив его и Сережку. Леонидов избрал в грудь побольше воздуха, мощно оттолкнулся палками и рванул догонять Барышева. Тот ушел уже прилично вперед, но Алексей был легче и подвижнее, а главное, шел уже по проторенной лыжне. Основательно запыхавшись, он все-таки приблизился к приятелю-викингу, разрезавшему сугробы, как волны Северного моря.
— Барышев, лыжню!
Тот недоуменно обернулся:
— Чей там писк раздается? Я тебе сейчас покажу лыжню! — и наддал, работая палками.
Леонидов рванулся за ним. Было уже не то что не холодно — пар клубами валил изо рта, захотелось даже сбросить с себя куртку. Ломило где-то за ушами, с носа каплями стекал пот.
— Серега, кончай! Дай хоть на елочки посмотреть!
— В здоровом теле оно знаешь как здорово живется! — не оглядываясь, выкрикнул Барышев, по-прежнему тараня лыжню.
— Я хочу получить удовольствие, а не сдавать на разряд.
— Не сдал еще до сих пор, тунеядец?
— Иди ты! — Леонидов устал препираться и сбавил ход, дожидаясь женщин.
Елочки вокруг действительно были шикарные. Их присыпало снежком, бархатная темная зелень красиво выглядывала из-под белого покрывала, а тишина вокруг стояла такая, что любое слово, звеня, долго кружило в морозном воздухе. Алексей замер, наслаждаясь минутой одиночества и покоя. Тени на снегу здесь, среди густых елей, казались не голубыми, а какими-то сиреневыми. Редкие березы, опушенные инеем, застыли в ледяном сне.
«Красота! Вот на что надо смотреть и о чем думать. Эх, смыться бы сейчас ото всех, рвануть в лес поглубже, побродить среди этих стройных девушек. Все люди как люди, а я большое помойное ведро, в которое сливают всякую гадость. Наверняка в комнате опять кто-то поджидает с очередным признанием. Не пойду. Останусь здесь, среди снегов белых». Алексей уселся прямо на торчавший у дороги пень. Совсем близко раздался детский смех, голоса. У дальней елки обозначилась хорошенькая Сашина головка.
— Лешка, встань сейчас же! — закричала она уже издалека. — Ты что, заболеть захотел?
— Да. Хочу лежать с высокой температурой и наслаждаться тем, что меня никто не трогает, — сообщил он, когда жена подъехала поближе.
— А обо мне ты подумал? Тоже ребенок нашелся. Я сейчас вылечу твою меланхолию, — объявила Александра и выхватила из ближайшего сугроба основательный ком снега.
— Сашка, не смей! Я не признаю радикальные методы!
— А я не признаю твое нытье! — Он получил снежком в лицо и слетел с пенька. — Давай, меланхолик, Сергей повернул обратно.
— Еще бы, он без обеда не доживет до конца дня.
Алексей устал и передумал замерзать в снегах Подмосковья. Заняв свое место в караване, он потащился следом за довольной прогулкой компанией.
Когда они вышли из леса, Барышев уже успел снять лыжи, отряхнуть себя и амуницию и даже изрядно подмерзнуть.
— г- Где вы там ходите? На обед опоздаем.
Они сдали инвентарь и отправились переодеваться.
Алексей решил хоть немного полежать, дать отдых мышцам и голове, которая гудела от избытка кислорода. Когда до обеда осталось полчаса, в комнату Леонидовых тихонько кто-то поскребся.
— Войдите! — крикнула Саша.
В дверь боком протиснулась высокая толстая девушка с пробивающимися на макушке сквозь блондинистую окраску темными волосами.
— Елизавета, вы что хотели? — заранее вздрогнув, зловеще прошелестел Леонидов.
— Я к вам, — шепнула она.
— Признателен: А в чем дело?
— Мне надо с вами поговорить.
«Я сейчас завизжу. Хочу кусаться, — подумал Алексей. — Знать бы, кто пишет сценарии сериалов, убил бы голыми руками мерзавцев. Это там самая популярная фраза».
— Лиза, пора идти на обед. Понимаете?
— Я не задержу вас. Мне только два слова.
— Да знаю я эти ваши два слова: я видела, как Павла Сергеева убил Валерий Валентинович Иванов. Это все?
