Укрощение

в дырочке у самой щиколотки. Только тогда его заинтересовало столь странное обстоятельство. Сняв штаны, он поднес их к солнцу и узрел сотни крохотных дырочек. То же самое творилось и с чулками. Пока что они еще держались на честном слове, но не пройдет и двух часов, как пряжа начнет распускаться.
Роган схватил рубашку, уже зная, что и в ней полно дыр. Та же участь постигла шерстяную тунику.
Черт бы побрал наглую девчонку! Как он может жениться на наследнице Невилла, если одежда распадается прямо на нем! Ну попадись только негодница ему в руки, он…
Роган выпрямился и снова оглядел рубашку. Она не стала стирать его одежду. Ей до смерти хотелось поваляться на травке, а когда она не получила желаемого, решила отомстить. И отомстила. А вот жажду мести Роган понимал прекрасно.
Несмотря на гнев, на то обстоятельство, что теперь ему придется потратиться на новую одежду, он снова посмотрел сквозь дыры на ярко светившее солнышко и сделал то, чего не делал почти никогда: улыбнулся. Если он поймает ее… возможно, даст все, что только она не попросит. И как следует намнет ей брюхо!
Все еще улыбаясь, он подкинул рубашку в воздух, поймал и снова стал одеваться. Теперь ему легче решиться на женитьбу. Может, после свадьбы он отыщет белокурую красавицу и уж тогда не скоро отпустит. Подумает, не взять ли ее с собой. Пусть не сомневается: он наполнит ее чрево теми девятью сорванцами, о которых она так гладко врала.
Одевшись, он сел на коня и поехал вдоль берега к тому месту, где ждали брат и рыцари.
— И сколько еще нам тут торчать? — пожаловался Северн. — Ну как, набрался храбрости, сможешь поговорить с девушкой?
Роган разом помрачнел.
— Если не хочешь лишиться языка, лучше помалкивай. Едем! Мне не терпится жениться.
Северн подошел к коню, поставил ногу в стремя, но тут заметил что-то голубое в траве. Молодой человек нагнулся и увидел оборванную нитку. Пожав плечами, он вскочил в седло и помчался вслед за своим упрямым братцем.
— Миледи, — окликнула Джойс и, не получив ответа, вновь позвала хозяйку. Однако та по-прежнему молчала, глядя в окно и думая о чем-то своем. В таком состоянии она пребывала со вчерашнего дня, когда вернулась с прогулки. Может, все дело в скорой свадьбе: сегодня утром к лорду Стивену был послан гонец, — а может, что-то произошло. Как бы то ни было, Лайана ни с кем не поделилась.
Джойс на цыпочках вышла из комнаты и закрыла за собой тяжелую дубовую дверь.
Лайана не спала ночь и давно оставила все попытки заняться работой. Просто сидела у окна и смотрела на расстилавшуюся внизу деревню. Жители, ни о чем не подозревая, занимались своими делами: ссорились, смеялись, сновали по единственной улочке.
Дверь с грохотом распахнулась.
— Лайана!
Проигнорировать злобный, полный ненависти голос мачехи не было никакой возможности. Лайана холодно воззрилась на женщину:
— Что тебе нужно?
Она не могла видеть Хелен без того, чтобы перед глазами мгновенно не всплыло улыбающееся лицо Стивена со взором, устремленным на каминную полку, где были расставлены золотые блюда.
— Твой отец требует, чтобы ты спустилась в парадный зал. У нас гости.
Именно странная горечь в голосе мачехи возбудила любопытство Лайаны.
— Гости?
Хелен отвернулась.
— Лайана, я считаю, что тебе не следует туда идти. Отец простит тебя, как прощает все. Скажи ему, что ты видела этого человека и не желаешь его. Объясни, что отдала свое сердце лорду Стивену и не примешь другого жениха.
Теперь Лайане стало по-настоящему интересно.
— Какого человека?
Хелен резко повернулась.
— Одного из омерзительных Перегринов. Ты, возможно, не знаешь о них, но земли моего бывшего мужа граничили с его владениями. Несмотря на древность рода, они бедны как церковные мыши и почти так же опрятны.
— Но какое отношение имеют ко мне эти Перегрины? — удивилась она.
— Двое из этой семейки приехали прошлой ночью, и старший объявил, что желает на тебе жениться! — выпалила Хелен, воздев руки к небу. — До чего похоже на них! Они не просят твоей руки, Просто объявляют, что один из этих грязных животных вознамерился жениться на тебе!
Лайана вспомнила другого грязнулю — грязнулю, который вчера дразнил ее и целовал…
— Я помолвлена с лордом Стивеном, и отец уже принял его предложение.
Хелен уселась на постель. Ее плечи устало поникли.
— Именно это я и твердила твоему отцу, но он ничего не хочет слушать. Эта парочка привезла ему в подарок двух огромных соколов-сапсанов, именуемых также Перегринами, и Гилберт провел с ними всю ночь, перебирая охотничьи истории. И теперь убежден, что лучшего жениха просто не сыскать. Он не замечает