Укрощение невесты

– Ты мое бесценное сокровище.

– Я рада, что ты это сказал. Да, кстати, я очень довольна, что Герхард перестал меня подозревать. И я подумала…
– Что? – нежно спросил Алекс, гладя жену по спине.
– Ты прав. Мне как-то не приходило в голову, что твой недоброжелатель действительно все время действует тайно, исподтишка. Полагаю, это не Герхард. Он слишком прямолинеен для этого.
– Да, – спокойно сказал Алекс. – Это не его методы. Мне нередко хотелось, чтобы он был не таким прямолинейным.

– У этого человека острый ум, и он прекрасно умеет обращаться с мечом, но дипломатия, как ты уже наверняка заметила, не его конек. Если бы у него было хоть немного гибкости, он никогда не стал бы оскорблять тебя подозрениями.

– Ты знаешь людей из д’Омсбери намного лучше меня. Как ты считаешь, кто из них настолько хитрый и подлый, что способен задумать такое?

– Тебе это не понравится.

– Значит, ты имеешь в виду Эдду?

– Я знаю, она тебе нравится, и была к тебе добра. Но в прошлом она показала себя коварной, злобной и изворотливой. Когда мой отец был жив и находился дома, она вела себя выше всяких похвал, как сейчас с нами. Если же он уезжал, она совершенно менялась. Она была холодной и жестокой ко всем, включая меня и Эвелинду. А когда он въезжал в ворота, она снова как по волшебству превращалась в добрую и понимающую мать семейства. Создавалось впечатление, что есть две Эдды: плохая и хорошая.

– Эвелинда взяла с меня слово, что я попрошу тебя отправить Эдду на некоторое время к сестре, когда мы вернемся.
– К сестре? – переспросил Алекс и кивнул: – Ах да, я и забыл, что у нее есть сестра.
– А я даже не знала, пока Эвелинда не просветила меня, – призналась Мерри. – Удивительно, правда? Мы так часто подолгу болтали, а она ни разу не упомянула о родственнице.
– Действительно странно, – согласился Алекс. – А ты не будешь возражать, если мы ее отошлем?
– Нет, – спокойно ответила Мерри. – Я буду скучать,