Укрощенная гордость

оглядев Полетт, удовлетворенно вздохнула Лоредана. — Мой брат упадет к вашим ногам бездыханный.
Полет остолбенела. Она не могла представить, чтобы Франко падал к ее ногам. Инстинкты его покоятся на гораздо более материальном фундаменте, а вот сестра его — безнадежный романтик. Впрочем, и Полетт рассматривала свое отражение в зеркале без излишних фантазий. Она вовсе не возражала против того, чтобы облачиться в красивое платье. Но ей не хотелось надевать на себя что-либо, столь напоминающее свадебный убор. Ведь все это фарс!
Но вот она стоит, украшенная брачной фатой — такой изысканной, какую только можно сыскать на свете. Белое платье было великолепно, украшено пышным воротником в елизаветинском стиле, покрыто роскошной вышивкой и завершалось изысканным шлейфом. Подобное одеяние казалось ей отнюдь не соответствующим состоянию здоровья Карлоса. Да она и предположить не могла, что тот проявит хоть какой-либо интерес к ее одежде.
— Все мои невесты одевались в белое, — неожиданно громко заявил Карлос Мендоса, когда она предстала перед ним в свадебном облачении. — Свадьба — событие, которое должно запомниться на всю жизнь!
— Но я же вдова…
— Веселая? — захохотал Карлос, крайне довольный тем, что ему пришла в голову эта заезженная шутка. — Не может быть и речи. Наденешь белое!..
Испытывая чувство необычайного унижения, Полетт стала стягивать с себя подвенечное платье. Лоредана, во время примерки взявшая на себя роль горничной, покорно принимала от нее детали одежды и бережно складывала на кровати, дабы никоим образом не повредить изящную материю. Когда сестра Франко наконец покинула Полетт, чтобы отдать распоряжения об обеде, той пришла в голову странная мысль, что всего лишь через сутки она станет замужней женщиной и мужем ее станет человек, которого она, чего греха таить, безумно любит, но который хочет, но совершенно не любит ее, ибо считает предстоящий брак лишь частью сделки, заключенной с целью ублажения умирающего старика и желанием заполучить в наследство его баснословные капиталы.
Полетт накладывала на лицо последние штрихи косметики, когда дверь вдруг без предупреждения распахнулась. В комнату ворвалась Бонни в облегающем голубом платье, сверкающем блестками серебристых звездочек. Полетт не видела эту фурию уже пару суток — с тех пор как наткнулась на них с Франко на террасе. На следующее утро за завтраком Лоредана сообщила, что Бонни улетела в Майами за очередными покупками.
— Вам что-нибудь угодно? — сухо спросила Полетт, взбешенная манерой Бонни врываться без стука.
Серые глаза той холодно скользнули по ее лицу, и Бонни рассмеялась.
— Ну и ну! Какой надменный тон! Вы же еще не стали членом нашей семьи, милочка.
Стараясь скрыть раздражение, Полетт бросила на нее безразличный взгляд. Затем спокойно встала, пересекла комнату и сунула ноги в туфли. Она не должна ничем выдать своего волнения. Отрицать красоту этой женщины было невозможно. Неужели Франко совершенно не трогали ее прелести?
— Вы на днях видели нас вместе, — высокомерно произнесла Бонни. — И это вас нисколько не удивило? Не взволновало?
Полетт неверной рукою провела по волосам расческой.
— Нет, я не заметила ничего волнующего, — солгала она.
— Да вы ведь в него влюблены, бедняжка. Представляю, чего он вам наболтал в свое оправдание. И представляю, как вам хочется ему верить.
Полетт глубоко вздохнула.
— Если не возражаете, я бы предпочла завершить свой туалет.
— Если не возражаете… Какая вежливость! — стала язвить Бонни. — А ведь он не сообщил вам всей правды. А правда заключается в том, что ни вы, ни я для него отнюдь ничего не значим. Главное для него — умилостивить своего папашу.
— А почему бы и нет? — заметила Полетт. — Не столь уж много времени тому осталось.
— Но если учесть, что наследство зависит от свадьбы… или вам об этом неизвестно? — проворковала Бонни. — Нынче Франко разыграет перед вами роль любящего жениха. Ему нужна невеста — и он таковую нашел — настолько простодушная, чтобы та могла закрыть глаза перед лицом правды.
Пол покачнулся под ногами Полетт.
— Я вам не верю, — потрясенно произнесла она.
— Вы слишком наивны… и не представляете, как ведут себя мужчины в этом семействе. — Бонни окинула ее презрительным взглядом. — Но я-то знаю Франко. А вы — нет. Я нужна ему, и он полностью зависит от меня… Но он не может и шагу ступить в сторону, пока жив папаша. А Карлос не позволяет мне приблизиться к Франко ни на шаг… Деньги, понятное дело…. Ну пока, милая!
Захлопнув дверь, Бонни выскочила из комнаты, и Полетт в смятении закрыла глаза. Ее затошнило. Значит, Франко снова ей лгал. Он собирался