Укрощенная гордость

и, выскочив из спальни, с такой силой хлопнул дверью, что та лишь чудом не слетела с петель.
Невозможно, чтобы он на самом деле поверил ей… Ведь она же безумно любит его! Неужели он не понимает?..
Полетт выскользнула из постели и прокралась в коридор. Хотя все вокруг было залито ярким электрическим светом, повсюду царила тишина. Полетт быстро сообразила, что не может заглядывать в каждую спальню, выискивая там Франко. Не может быть, чтобы он пошел к Бонни! Она спустилась вниз по центральной лестнице и обнаружила льющийся из-под дверей библиотеки свет.
Полетт и представить себе не могла, что увидит, когда, осторожно повернув ручку и приотворив дверь, заглянула внутрь. Открывшаяся перед нею картина повергла ее в глубокий шок. В ушах ее зашумело, и на секунду ей показалось, что она сейчас грохнется в обморок.
Взору ее предстал Франко, лежащий на диване и прижимающий к себе Бонни. Пара эта являла собою пасторальную картинку из жизни влюбленных пастушков. Роскошные рыжие волосы Бонни разметались по подушкам дивана.
Позже Полетт не могла вспомнить, как выскочила из библиотеки, как понеслась вверх по лестнице. В памяти ее запечатлелась ужасающая картина, представляющая пару, внезапно пришедшую в себя и пораженно уставившуюся на ее напряженно застывшую в дверях фигуру. Полетт влетела в спальню, захлопнула за собой дверь и схватила телефонную трубку.
— Подгоните машину к подъезду. Я немедленно отправляюсь в аэропорт. Мистер Беллини спит. Так что не нужно его беспокоить.
С губ Полетт чуть не сорвался истерический смех, когда она вспомнила, как удивленно вскинули Франко и Бонни головы, увидев ее в дверном проеме. Мирно заниматься прелюбодеянием в день похорон? Да как это возможно? В какую дикую историю она попала!
Значит, Франко и впрямь, как утверждала Бонни, хотел именно ее! Впрочем, может, они и не занимались любовью… Франко все еще был облачен в костюм, и на Бонни было надето черное вечернее платье. В любом случае картина, открывшаяся ей, выглядела чертовски непристойно.
— И что прикажешь ему сказать? — уныло поинтересовался Рональд Харрисон.
— Ничего, — вынуждена была признать Полетт.
— Ладно, — медленно проговорил отец. — Я понимаю, что ты совершила ошибку, так поспешно выходя за него замуж, но, по крайней мере, тебе нужно было сообразить, что первым делом стоило высказать свои обвинения ему в лицо, а не удирать и прятаться!
Полетт нервно прикусила губу. Ее поражало, что отец оказался чуть ли не на стороне Франко. Но не могла же она рассказать отцу всю правду! Если бы она так поступила, то отец, пожалуй, почувствовал бы, что дальше не может работать на Франко, и отказался бы от своей новой должности — и что бы с ним тогда стало?
— Ты случаем не беременна?
Полетт удивленно уставилась на него.
Рональд тяжело вздохнул.
— Франко считает, что это вполне вероятно…
— К счастью, я не беременна и не сошла с ума!
— Дело в том, что выглядишь ты неважно, Полли. Осунулась, похудела.
Повисла тяжелая пауза.
— Каждый раз, когда он звонит мне, я изворачиваюсь как уж на сковородке, — признался отец. — Ужасное ощущение. Он ведь понимает, что мы видимся друг с другом. И знает, что мне известно, где ты скрываешься.
Если бы у Полетт оставалась хоть малейшая толика сил, ее охватила бы ненависть к Франко за то, что тот поставил ее в подобное положение. Ради чего он все это затевал? Прошло уже четыре месяца с тех пор, как она сбежала, и до сих пор не появилось ни малейшего намека на то, что Франко собирается публично объявить о своей связи с бывшей мачехой. Может, он полагает, что время еще не настало, а может, ему просто доставляет удовольствие жить с Бонни как с тайной любовницей?..
— Он очень переживает, Полли.
— Представляю! У него просто сердце разрывается от страдания, — съязвила Полетт.
— Почему бы тебе с ним не повидаться? Потому что у нее еще осталось чувство гордости, к тому же, если она встретится с ним, то это может плохо кончиться. Она ведь любит его, а он-то нет. Иначе бы давно уже разыскал ее.
Отец, разочарованно разведя руками, вышел. Заехав в Лондон по дороге, он направлялся теперь в Плимут, где располагалось место его нынешней работы. Полетт с грустью обвела взглядом свою тесную квартирку, загроможденную мебелью, доставленной сюда из прежнего, куда более обширного жилища. Она все еще не могла найти постоянной секретарской работы, поэтому приходилось перебиваться случайными заработками на одной из фирм, и лишь благодаря небольшим сбережениям ей хватало на скудную жизнь. Но каждый наступающий день выглядел все безнадежнее…
Как-то поздно вечером, когда она собиралась ложиться в постель,