Ультиматум Борна

по имени Вебб. Он здесь?
– Это я, – насторожившись, произнес Джейсон Борн.
– Еще лучше. Вас просили как можно скорее позвонить «мистеру Конку». Это очень важно.
– Важно?
– Нам сказали, что чрезвычайно важно. Сообщение передали по рации.
Джейсон услышал, как где-то по периметру владений Свайна задрожала ограда. Киллер уходит!
– Видите ли, офицер, телефоны в доме еще не заработали… у вас в машине есть аппарат?
– Простите, сэр, но он не для частного пользования.
– Но вы сказали, что это очень важно.
– Что ж, я думаю, раз вы гость генерала, это можно устроить. Но, если будете звонить далеко, лучше сразу назовите номер своей кредитки.
А больше вам ничего не сказать?
Борн открыл ворота и бросился к патрульной машине, в этот момент в доме снова сработала сигнализация – сработала и тут же выключилась. Скорее всего, оставшийся в живых брат нашел Кактуса.
– Это еще что? – вскрикнул молодой полицейский.
– Не обращайте внимания! – ответил Джейсон, прыгая в машину и вытаскивая из гнезда такой знакомый полицейский телефон. Он продиктовал полицейскому оператору номер Алекса в штате Виргиния и все повторял одну и ту же фразу: «Это очень важно, это очень важно!»
– Да? – ответил Алекс, узнав голос полицейского диспетчера.
– Это я!
– Что там у тебя случилось?
– Нет времени объяснять. Что ты хотел мне сказать?
– Я достал для тебя частный реактивный самолет в аэропорту «Рестон».
– «Рестон»? Это к северу отсюда…
– Полоса в Манассасе не подходит. Я высылаю за тобой машину.
– Но зачем?
– Полетишь на Транквилити. Мари и дети в порядке, они в порядке! Это все по ее просьбе.
– Что все это значит?
– Расскажу, когда приедешь в «Рестон».
– Я хочу знать!
– Завтра на острова прилетает Шакал.
– Матерь божья!
– Собери вещи и жди машину.
– Я возьму эту!
– Нет! Нет, если не хочешь все испортить. У нас есть время. Давай, собирайся.
– Кактус… он ранен – его подстрелили.
– Я вызову Ивана. Он сможет быстро вернуться.
– В живых остался один брат – только один, Алекс. Я убил двух других – они погибли из-за меня.
– Прекрати. Хватит. Делай, что должен делать.
– Не могу, черт тебя дери. Кто-то должен здесь оставаться, а ведь я уеду!
– Да, ты прав. Там слишком много такого, о чем никто не должен знать, а ты должен быть на Монтсеррате. Я сам приеду и сменю тебя.
– Алекс, скажи мне, что произошло на Транквилити?!
– Старики… эти твои «парижские старики», вот что произошло.
– Им не жить, – просто и тихо сказал Джейсон Борн.
– Не торопись. Они изменились – по крайней мере, один по-настоящему изменился, а другой, слава богу, вообще не имел к этому отношения. Теперь они на нашей стороне.
– Они никогда не будут ни на чьей стороне, кроме стороны Шакала; ты их плохо знаешь.
– Ты тоже. Жена тебе все расскажет. А сейчас иди в дом и запиши все, что мне может пригодиться. И еще, Джейсон, я должен тебе кое-что сказать. Я молю бога, чтобы ты смог решить свою – нашу – проблему на Транквилити. Если все так пойдет и дальше, я начну серьезно опасаться за свою жизнь, и придется сообщить начальству. Думаю, ты меня знаешь.
– Ты же обещал!
– У тебя тридцать шесть часов, Дельта.
Среди деревьев за оградой крался раненый человек, пряча испуганное лицо за листвой. В ярком свете фар он заметил высокого мужчину, который сел в патрульную машину и теперь выходил из нее, неловко и нервно благодаря полицейских. На территорию усадьбы он их, однако, не пустил.
Вебб. Убийца расслышал имя Вебб.
Это все, что им надо было знать. Все, что надо было знать «Снейк Леди».

– Господи, как я люблю тебя! – сказал Дэвид Вебб, склонившись к телефону в кабинке зала ожидания частного аэродрома в Рестоне, штат Виргиния. – Самое страшное было ждать, ждать возможности с тобой поговорить, услышать от тебя , что с вами все в порядке.
– А ты думаешь, мне самой было легко, дорогой? Алекс сказал, что телефонную линию перерезали и он послал к тебе полицейских, а я хотела, чтобы это была целая армия.
– Мы не можем допустить присутствия полиции, и сейчас не будет никаких официальных заявлений. Конклин обещал мне еще по крайней мере тридцать шесть часов…