Джейсон Борн – профессиональный убийца с расщепленным сознанием и двойной жизнью. Именно он решает сломать зловещую практику специальных служб, использующих в своих тайных операциях зомбированных агентов. Его противники, ЦРУ и КГБ, объединяются перед лицом общей угрозы и стремятся любой ценой заставить Борна замолчать навеки. Так кто же выйдет победителем из отчаянной схватки?
Авторы: Ладлэм Роберт
– Скажу, что брат его матери очень великодушный человек.
– Это да, неплохо, правда?.. Ладно, док, натягивайте ваши шмотки, и мы немножко покатаемся.
Охранник протянул Мо его одежду.
– Думаю, глупо спрашивать, куда мы поедем, – заметил Панов, вставая со стула. Он снял больничную пижаму и надел трусы.
– Очень глупо.
– Думаю, все же не настолько глупо, как то, что ваш племянник ничего не говорит вам о кое-каких признаках заболевания, которые бы меня насторожили, будь я на вашем месте, – заметил Мо, натягивая брюки.
– О чем это вы?
– Да так, – ответил Панов, надев рубашку и наклоняясь, чтобы натянуть носки. – Когда вы в последний раз виделись с племянником?
– Пару недель назад. Я положил немного денег на его страховку. Черт, эти матери просто вымогательницы!.. А вам-то что до того, когда я видел этого обормота?
– Просто интересно, не сказал ли он вам чего-нибудь.
– Насчет чего?
– Насчет вашего рта. – Мо, зашнуровывая ботинки, кивнул. – Над столиком есть зеркало, взгляните сами.
– На что? – Мафиози быстро подошел к зеркалу.
– Улыбнитесь.
– Кому?
– Себе… Видите желтизну на зубах и как изменяется цвет десен снизу вверх?
– Ну и что? Они всегда были такими…
– Возможно, что ничего страшного и нет, но он должен был это заметить.
– Господи, заметить что?
– Амелобластома ротовой полости. Вероятно.
– Это еще что за гадость? Я не люблю чистить зубы и ходить к зубным врачам. Они все просто мясники!
– Хотите сказать, что уже довольно долго не посещали дантиста или ортодонта?
– Допустим. – Охранник вновь оскалился перед зеркалом.
– Это может объяснить, почему ваш племянник ничего вам не сказал.
– И почему?
– Скорее всего, он полагает, что вы регулярно проверяете зубы, поэтому вам это должен объяснить специалист.
Закончив шнуровать ботинки, Панов выпрямился.
– Я вас не понимаю.
– Видите ли, он благодарен за все, что вы для него сделали, он ценит вашу щедрость. Я могу понять, почему он не решается вам сказать.
– Сказать что? – Итальянец отвернулся от зеркала.
– Я могу ошибаться, но, по-моему, вам следует посетить пародонтолога. – Мо надел пиджак. – Я готов, – сказал он. – Что дальше?
Мафиози покосился на Панова, его лоб пересекли морщины недоверия и непонимания. Он залез в карман и вытащил большой черный платок.
– Простите, док, придется завязать вам глаза.
– Это из милосердных побуждений? Чтобы, когда вы соберетесь всадить мне в голову пулю, я не знал об этом?
– Нет, доктор. Для вас не будет пиф-паф. Вы слишком ценный.
– Ценный? – задал риторический вопрос крестный отец в своей богато украшенной гостиной на Бруклин Хайтс. – Словно золотую жилу целиком вынули из земли и положили вам на тарелку. Этот еврей промывал мозги самым крупным фигурам в Вашингтоне. Его сведения по ценности равняются стоимости Детройта.
– Луис, вам их не получить, – заметил одетый в дорогой костюм привлекательный мужчина средних лет, сидящий напротив своего собеседника. – Их надежно спрячут и доставят в такое место, где вы их не достанете.
– Что ж, мы над этим работаем, мистер Парк Авеню Манхэттен. Скажем – ну, смеха ради, – что мы их раздобыли. Во сколько вы их оцените?
Гость позволил себе тонкую аристократическую улыбку.
– В стоимость Детройта, – ответил он.
– Va bene! Вы мне нравитесь, люблю людей с чувством юмора.
Так же быстро, как на нем появилась улыбка, лицо мафиози стало серьезным, даже пугающим.
– Наша пятимиллионная сделка насчет этого Борна-Вебба еще в силе, не правда ли?
– С небольшим дополнительным условием.
– Я не люблю дополнительные условия, мистер Юрист, просто терпеть их не могу.
– Мы можем обратиться к кому-нибудь еще. Вы не одни такие в этом городе.
– Позвольте мне вам кое-что объяснить, Signor Avvocato . По большому счету мы – мы – единственные в этом городе. Мы не устраиваем разборок с другими семьями, понимаете, о чем я? Наш совет решил, что разборки – это слишком личное, это развращает.
– Так вы хотите узнать мое условие? Оно должно вам понравиться.
– Валяйте.
– Нельзя ли сказать это иначе…
– Рассказывайте.
– Вы получите бонус в размере двух миллионов, потому что мы настаиваем, чтобы вы занялись женой Вебба и его правительственным дружком Конклином.
– Заметано, мистер Парк Авеню Манхэттен.
– Хорошо. Теперь о других делах.
– Хочу поговорить
