Джейсон Борн – профессиональный убийца с расщепленным сознанием и двойной жизнью. Именно он решает сломать зловещую практику специальных служб, использующих в своих тайных операциях зомбированных агентов. Его противники, ЦРУ и КГБ, объединяются перед лицом общей угрозы и стремятся любой ценой заставить Борна замолчать навеки. Так кто же выйдет победителем из отчаянной схватки?
Авторы: Ладлэм Роберт
что-то в нее записывает и возвращает на прежнее место. Это должно было его заинтересовать; он должен был решить, что книга содержит ценные записи. Так почему ему ее не взять? Я бы взял, и вы тоже. Так где же она?
Мафиози медленно, угрожающе поднялся на ноги:
– Послушайте меня, avvocato , бросайте эти свои прозрачные намеки, у нас нет никакой книги, и вот как я могу вам это доказать! Если бы у меня были в письменном виде какие-то сведения, компрометирующие вас, я бы уже махал ими перед вашим носом, capisce!
– В этом есть доля истины, – заметил элегантно одетый адвокат, переменив позу и снова закидывая ногу на ногу, пока обиженный мафиози с угрюмым видом садился обратно на диван. – Это Фланнаган, – продолжал юрист с Уолл-стрит. – Конечно же… Фланнаган. Он и его сучка парикмахерша должны были как-то подстраховаться, без сомнения, с нарушением условий сделки. Честно говоря, это меня успокаивает. Они не смогут этим воспользоваться, не выдав себя. Примите мои извинения, Луис.
– Вы закончили?
– Похоже, что так.
– Теперь поговорим о еврейской вонючке.
– А что такое?
– Как я уже говорил, он просто золотая россыпь.
– Полагаю, без историй болезней своих пациентов он немного стоит.
– Ошибаетесь, – возразил Луис. – Как я уже сообщал Армбрустеру до того момента, когда он стал для вас помехой, у нас тоже есть врачи. Специалисты всех областей медицины, включая тех, которые занимаются моторикой и, как вам нравится это называть, «управлением механизмом памяти с помощью внешнего воздействия» – я специально запомнил. Это просто новый вид пушки у вашего виска, только после выстрела не будет крови.
– Похоже, это что-то интересное.
– Можете поспорить на свой загородный клуб. Мы собираемся перевезти нашего еврея в одно место в Пенсильвании, что-то вроде частной лечебницы для состоятельных людей, где они проходят реабилитацию от алкогольной или наркотической зависимости, думаю, вы понимаете?
– Пожалуй, да. Там самое передовое оборудование, превосходный обслуживающий персонал, хорошо охраняемая территория.
– Конечно, вы все это знаете. Такие, как вы, часто там оказываются…
– Продолжайте, – перебил адвокат, взглянув на свой золотой «Ролекс», – у меня мало времени.
– Не торопитесь. По словам моих специалистов – я намеренно использую слово «мои», – по заранее составленному расписанию, скажем, через каждые четыре или пять дней, новый пациент «отправляется на луну» – бог свидетель, они сами так говорят, я ничего не придумываю. Между этими сеансами к нему относятся как нельзя лучше, правильно кормят, проводят процедуры, заставляют много спать, ну и так далее… Мы должны заботиться о своем здоровье, так, avvocato?
– Некоторые из нас регулярно играют в сквош.
– Ха, простите меня, мистер Парк Авеню Манхэттен, но я сквош заменяю перцем зуччини, и я его ем.
– Иногда языковые и культурные различия дают о себе знать, не так ли?
– Да, не могу с вами не согласиться, Consigliere
.
– Это естественно. Правда, мой титул – всего лишь адвокат.
– Дайте мне время. Он может превратиться в Consigliere .
– Луис, у нас не настолько длинные жизни. Вы продолжите или я пойду?
– Продолжу, господин адвокат … Так вот, каждый раз, когда, как говорят мои специалисты, эта еврейская вонючка отправляется на луну, он находится в отличной форме, понимаете?
– Периодические ремиссии – по-моему, это нормально. Впрочем, я не врач.
– Не знаю, о чем вы там сейчас говорили, но я тоже не врач, поэтому поверю моим специалистам на слово. Получается, что каждый раз, когда его отправляют в путешествие, его разум и память превосходно работают, и ему начинают скармливать одно имя за другим. Многие, может быть, большинство не вызовут никакой реакции, но время от времени одно вызовет, а потом еще одно и еще. По каждому такому имени они начинают делать то, что называется зондированием, – выуживают кусочки информации, достаточные, чтобы составить приблизительный портрет пациента, о котором он говорит, и достаточные, чтобы до смерти напугать мерзавца, когда до него доберутся. Не забывайте, что времена сейчас тяжелые, а этот Hebe
врачует самых жирных котов Вашингтона, в том числе и из правительства. Что вы на это скажете, господин адвокат?
– Это действительно интересно, – медленно ответил гость, изучающе глядя на крестного отца. – Конечно, его медицинские карты были бы гораздо предпочтительнее.
– Что
