Джейсон Борн – профессиональный убийца с расщепленным сознанием и двойной жизнью. Именно он решает сломать зловещую практику специальных служб, использующих в своих тайных операциях зомбированных агентов. Его противники, ЦРУ и КГБ, объединяются перед лицом общей угрозы и стремятся любой ценой заставить Борна замолчать навеки. Так кто же выйдет победителем из отчаянной схватки?
Авторы: Ладлэм Роберт
сотрудника КГБ, возглавлявшего команду наблюдения за старым солдатом. Неожиданно, не замедлив машину и не подав виду о своих намерениях, Шакал увидел, что искал, и свернул с дороги. Машину занесло, покрышки взвизгнули, седан ворвался в поле высокой травы и через несколько секунд разрушительно резко остановился, так что тела на заднем сиденье ударились о спинки передних. Карлос открыл дверцу и выбрался наружу; он вытащил окровавленные трупы из машины в траву, бросив генерала поперек офицера Комитета, их кровь теперь смешалась и намочила землю.
Он вернулся к машине и грубо вытащил молодого агента КГБ с переднего сиденья одной рукой, держа во второй руке блестящий охотничий нож.
– Нам есть о чем поговорить наедине, – сказал Шакал по-русски. – И с твоей стороны будет глупо что-либо скрывать… А ты не станешь, ты ведь еще слишком мягок, слишком молод. – Карлос бросил его на землю, высокая трава склонилась под тяжестью его тела. Карлос достал фонарик и сел на корточки рядом с пленником, направив нож к глазам агента.
Последние слова слетели с уст окровавленного юноши, и эти слова гремели, подобно барабанам, в ушах Ильича Рамиреса Санчеса. Джейсон Борн в Москве! Это действительно должен был быть Борн, потому что испуганный молодой агент КГБ выплескивал информацию стремительным, паническим потоком фраз, глотая окончания, сообщая все, что только могло спасти ему жизнь. Товарищ Крупкин – два американца, один высокий, другой хромой! Мы отвезли их в гостиницу, потом на встречу на Садовой.
Крупкин и ненавистный Борн провели его людей в Париже – в Париже , его неприступном вооруженном лагере! – и последовали за ним в Москву. Как? Теперь это уже не имело значения. Имело значение лишь то, что сам Хамелеон остановился в «Метрополе»; а изменники в Париже никуда не денутся. В «Метрополе»! Его злейший враг был всего в часе езды, в Москве, наверняка безмятежно спал, даже не подозревая, что Карлос Шакал уже знает, что он там. Киллера переполнило чувство триумфа – над жизнью и смертью. Врачи говорили, что он при смерти, но они ошибаются так же часто, как бывают правы, и в тот момент они ошибались! Смерть Джейсона Борна возродит его.
Однако время было неподходящее. Три часа утра – не лучшая часть суток, для того чтобы красться по улицам или гостиницам в поисках жертвы, в Москве, в городе, скованном хваткой постоянной подозрительности, где сама темнота была настороженной. Всем известно, что в главных гостиницах ночные дежурные вооружены и назначались на эту должность за меткость и за рвение в службе. Дневной свет приносил облегчение от ночных забот; лучшее время для нападения – утренняя суета.
А сейчас было самое время для другого удара, по крайней мере прелюдии к нему. Пора созвать своих подопечных в советском правительстве и дать им знать, что прибыл их монсеньор – Мессия прибыл, чтобы освободить их. Перед отъездом из Парижа он собрал все досье, а также досье, скрытые среди тех досье, с виду безобидные бумажки в папках, пока не осветить их инфракрасной лампой, – тогда тепловые волны высветят печатный текст. Местом встречи он избрал маленький заброшенный магазин на Вавилова. Он свяжется с каждым из своих людей с общественного телефона и даст им указание быть там к 5.30, используя для подхода параллельные улицы и переулки. К 6.30 это дело завершится, каждый подопечный будет вооружен информацией, которая выдвинет его/ее на высшие позиции в московской элите. Появится еще одна невидимая армия, гораздо меньшая, чем в Париже, но не менее эффективная и бесконечно более удобная для его операций. И к 7.30 великий Шакал окажется на месте у «Метрополя», ожидая начала движения просыпающихся гостей, времени гремящих подносов и тележек комнатной обслуги и лихорадочной суеты вестибюля, беспокойства и бюрократии. Именно тогда в «Метрополе» он будет к услугам Джейсона Борна.
Один за другим, подобно усталым бродягам, ранним утром пять мужчин и три женщины прибыли к полуразрушенному входу в заброшенный магазин на улице Вавилова. Их осторожность можно было понять: этого района следовало избегать, хотя и не обязательно из-за неприятных жителей: московская милиция свирепствовала в таких районах, – а из-за множества ветхих строений. Район находился в процессе обновления; однако, как в любых проектах городского строительства по всему миру, у прогресса бывает две скорости: медленная и полная остановка. Единственным постоянным, хотя и по меньшей мере опасным удобством, было наличие электричества, и Карлос воспользовался им исключительно для своих целей.
Он стоял в дальнем конце
