Уникум

себе скоропостижно шеи.
— Зато они задыхаются под подушками!
Испугавшись очередного скандала, Ярослав повернулся к жене и поспешил ее успокоить:
— Насчет горы ты немного преувеличила, Ира. Обломок-другой еще может упасть, но, во-первых, тут не голые склоны и растительность замедлит падение. Во-вторых, ребята же не под обрывом палатки поставили. До них камни, скорее всего, не докатятся.
— Насчет любой минуты — тоже преувеличение, — мрачно заметил Леша. Видите ровный срез с той стороны? Этот камень сорвался не сам по себе, а по чьей-то воле. И этот кто-то выбирал время падения не произвольно.
Я тупо уставилась туда, куда показывал Леша. И действительно, несмотря на солидную массу, камень при падении не до конца уничтожил след чьей-то деятельности. Судя по всему, здесь поработали лопатой или топором.
— Кто из вас сейчас отходил от стола? — задала я вопрос собранию.
Они растерянно переглянулись.
— Да мы все отходили, — ответил Прошка. — Кроме Генриха. Мы с Лешей и Славками ушли искать дрова, Ира с Таней — собирать можжевеловые ягоды.
— Вспомните: примерно за минуту до грохота вы были на виду друг у друга?
— Н-нет, — неуверенно ответил Ярослав. — Я, во всяком случае, никого не видел.
— Я тоже, — сказал Леша. — Мы разбрелись в разные стороны.
— Тут сухих деревьев не так уж много, — объяснил Прошка. — Если ходить толпой, дрова придется искать до вечера.
Я покосилась на топор, который Леша все еще сжимал в руке. Топоров у нас было три плюс одна пила. Пилой вооружился Прошка, стало быть, остальные два топора взяли Славки, но где-то их побросали. Отметив про себя этот факт, я повернулась к Ирочке и Татьяне.
— Вы-то хотя бы вместе были?
— Нет, — ответила Татьяна, — мы сразу же разделились. Я пошла направо от тропы, Ира — налево.
— А зачем вам вдруг понадобились можжевеловые ягоды? — подозрительно спросила я.
— Хотели набрать впрок. На них хорошо водку настаивать. И пить приятно, и пользы больше.
— Я что-то не понимаю… — опомнилась наконец Ирочка. — Что все это значит? Кому понадобилось этот камень сталкивать и зачем?
— Похоже, кому-то из нас сильно не нравится Марк, — хмуро объяснил Славка-Владик.
Он еще не успел договорить, а на меня вдруг накатила такая эйфория, что я просто не смогла удержать в себе идиотски-счастливый, ликующий смех. «Это не Марк! Убийца не Марк!»
Надо сказать, мой неуместный приступ веселья произвел на присутствующих не самое благоприятное впечатление. В первое мгновение они испуганно попятились видно, решили, что у меня поехала крыша, — потом, сообразив, что это не истерика и не хохот безумицы, вперили в меня негодующие взоры. Впрочем, не то чтобы негодующие. Генрих смотрел с легким укором и тревогой, Леша недоуменно, Марк — обиженно, Прошка — с пониманием, Татьяна — с любопытством, Славки — с осуждением, и только фиалковые глаза Ирочки метали громы и молнии.
— Ну это уж слишком! — взорвалась она. — Вашу драгоценную Варвару нужно держать в железной клетке! Ты как знаешь, Ярослав, а я больше сюда ни ногой. Мне еще жизнь не наскучила. А вам советую — сдайте ее властям немедленно, пока она не поубивала вас всех. Дружба дружбой, но меру-то знать надо! Кто бы мог подумать, что математики настолько странные люди?
— Механики, — радостно поправила я. — Если ты, конечно, меня имеешь в виду. У математиков причуды безобиднее. Так что Славок и Генриха можешь не опасаться.
— Ярослав, проводи меня до пансионата, — ледяным тоном потребовала Ирочка, проигнорировав мое замечание. — Иначе на меня по дороге непременно свалится камень.
— А присутствие Славки тебя, по-твоему, защитит? — кровожадно поинтересовалась я.
— Ведьма! Кикимора! Если я погибну, знайте — это она меня прикончила! Остановите ее, пока не поздно! — И Ирочка опрометью бросилась вниз.
Я поймала укоризненный взгляд Ярослава и немного устыдилась, но маленькое чувство неловкости не могло омрачить моей радости, бьющей через край.
— Прости, ради бога, Славка! — попросила я, сияя улыбкой. — Я все время помнила о твоей просьбе, а потом грохнулся этот камень, и все вылетело из головы.
Ярослав только покачал головой и ушел вслед за женой. Второй Славка почти в точности скопировал его жест и позвал Татьяну:
— Пойдем-ка и мы, Таня. Я всегда знал, что в присутствии Варвары все летит вверх тормашками, но сейчас это даже не забавно. По правде сказать, я утомился. — И он, не прощаясь, спустился на тропинку.
Татьяна все же сказала «до свидания», резанула меня напоследок острым взглядом и тоже ушла. Я смотрела ей вслед, пока она не скрылась внизу за поворотом, потом тихо засмеялась и повернулась к друзьям.
— Выкладывай! — безапелляционным