Мы — поколение гаджиенутых. Не верите? Напрасно. Простой пример — можно полгода не видеться с друзьями в реале, но, стоит пару дней не появляться в соцсетях, как тут же объявят пропавшим без вести. Что уж говорить о ставшей внезапно недоступной сотовой связи… Инна совершила одну небольшую ошибку — забыла зарядить мобильник.
Авторы: Шульгина Анна
хорошо, что у вас её нет. Нина Ивановна, узнайте, может, кто-то из уборщиц пожалел и пустил в корпус, пусть на улицу выгонят, дышать же невозможно.
Нимб пару раз мигнул и погас окончательно.
А сама Инна с ужасом покосилась на начавший шевелиться пуховик. Видимо, мелкая киса отогрелась и решила проявить любопытство.
«Пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста, не показывайся, а то мы с тобой точно вылетим. Только не в Мюнхен, а из кабинета…»
Обернувшаяся Нина Ивановна округлила глаза и с резвостью молодой козочки прыгнула вправо, закрывая обзор Константину Дмитриевичу, который к этому времени справился с проявлениями аллергии и собирался повернуться к ожидающей студентке.
— Инночка, ты садись на мое место, а то тут дует, простудишься ещё, — женщина торопливо подхватила верхнюю одежду Власовой, набросив шарф на выползшую из-под капюшона страшненькую ушастую кису и, с трудом пряча улыбку, незаметно погрозила Инне пальцем.
— Ссспасибо, — девушка с трудом перевела дух. Дааа. Ещё никогда Штирлиц не был так близок к провалу…
— Итак, Инна Викторовна, вы принесли документы? — Эрмидис, все ещё прикладывал к лицу платок, но, похоже, таблетка вкупе с вынесенным котенком сделали свое дело, теперь у него хотя бы не текли слезы. — Прекрасно, — он торопливо перелистал стопку бумаг, которую девушка вынула из сумки.
— Извините, вы позволите вопрос?
— Да, конечно.
— Почему сейчас? Ведь обычно учащиеся по обмену уезжают на весь год, а у нас уже зимняя сессия.
— Дело в том, что один из наших студентов был вынужден вернуться по семейным обстоятельствам, так что место освободилось, вот мы и решили поощрить вас за отличную учебу. Вы же знаете, что Технический университет Мюнхена считается одним из лучших учебных заведений Германии? Так что у вас есть уникальный шанс прослушать курс лекций, завести новые знакомства, а то и обеспечить себе будущее место работы. Все зависит только от того, как вы себя проявите, — пока он это говорил, холеные пальцы быстро пролистали её загранпаспорт. — Жаль, что у вас виза просрочена, можно было бы уехать уже через неделю, как раз к началу семестра. Ну что ж, думаю, получить новую не составит труда, так что пропустите совсем немного.
— Константин Дмитриевич, а почему именно я? — девушка поерзала под внимательным взглядом преподавателя. — Да, у меня хорошие оценки, но ведь есть и те, кто учится лучше…
— Вы — одна из лучший студенток своего потока, это верно. Но, помимо того, именно ваша семья пример династической приверженности нашему учебному заведению…
Дальше она уже не слушала. Вся радость, предвкушение и что-то такое, отчего внутри все дрожало и екало, пропало без следа. Все оказалось так просто. Она могла бы не учить вообще, и все равно тащили бы с курса на курс. Ещё бы, дочь Власовых не могут же выгнать за неуспеваемость. Династия, блин!
Инна любила и, безусловно, уважала родителей, но как же надоело такое вот отношение. Даже эта учеба по обмену ей никак не грозила бы, если бы папа Виктор Степанович не обещал прочитать курс лекций по цивилизациям племен Центральной и Южной Америки для гуманитариев их института.
Да уж, если правильно говорят, что на детях гениев природа отдыхает, то на ней она просто оторвалась — Женька ещё хоть как-то подходил под строгие стандарты, выбрав журналистику, а вот она, с любовью и способностями к точным наукам, стала для родителей не то, чтобы разочарованием, но и не гордостью. Мама с папой с удовольствием слушали похвалу в адрес дочери от коллег-преподавателей, но при этом частенько вздыхали, что не сумели привить собственному ребенку любовь к истории, потому придется свои знания передавать чужим детям. Поначалу Инна расстраивалась, а потом свыклась и просто не обращала внимания. Но в этот момент копящаяся внутри обида стала настолько острой, что появилось желание вскочить, разорвать все эти бумажки, которые сейчас только раздражали и, схватив одежду и котенка, сбежать домой, а там закрыться на все замки и нареветься всласть. Но девушка осталась сидеть на месте. Потому что поступить подобным образом было бы неправильно и для неё самой, и по отношению к окружающим. Они же хотят, как лучше, только вот Инне это самое «лучше», таковым не казалось. Ей просто хотелось, чтобы на результаты её учебы смотрели отстраненно, а не через призму родительских успехов.
— Вам все понятно? — Константин Дмитриевич отвлекся от бумаг и поднял глаза на девушку. — Понимаю, что это несколько неожиданно, поэтому все, что я вам сейчас рассказал, есть здесь, — он сунул все ещё молчащей Инне какую-то папку. — Ваши документы мы оформим, так что начинайте собираться, как только получите визу, можно будет вылетать в Германию.
—
