Наш современник, солдата Вооруженных сил Российской Федерации Леха Киреев, оказывается в теле умирающего юноши-аристократа в реальности, где правят меч и магия. Кругом война, кровь, грязь, мятежи. Изнемогающей под ударами завоевателей древней империи требуются умелые бойцы. Отличный шанс показать себя.
Авторы: Сахаров Василий Иванович
вечера и все будет зависеть от того, кто такова мадам Кристина и какой направленности ее заведение.
Изначально, салонами в столице назывались гостевые залы в особняках знати, где устраивались литературные вечера, в которых собирались музыканты и поэты, молодые девушки из хороших семей, желающие найти покровителей и пробиться в высший свет, и дворяне с претензией на образованность. Так было в расцвет империи, а теперь, большинство салонов, по сути, настоящие бордели. Только не простые, где приходит клиент, неважно, мужчина или женщина, оплачивает услуги юноши или девушки, и получает, что хочет. А с легким флиртом, карточными играми, под стихи какого-нибудь местного дарования, под музыку и в хорошем обществе. При этом все вокруг понимают, что и к чему, но всех посетителей салонов подобный расклад устраивает. И теперь в подобное заведение влезаем мы. Будет забавно посмотреть, что из всего этого выйдет. Потому что, в салонах можно поставить всех на уши, а можно, и наоборот, свои уши потерять.
Однако, как я уже говорил, есть воля командиров, и раз уж мы сами подписались на службу императору в Черной Свите, придется ее выполнять. Ну, а пока, необходима дополнительная информация. Альера слишком рано отпустил не участвовавшего в конфликте шевалье, а наших знатоков столичной жизни, старших офицеров Черной Свиты, рядом нет. Однако имеется кучер, коляска которого находится в хорошем состоянии, и сам водитель кобылы, как говорил Леонид Утесов, хмурый мужик лет сорока пяти, выглядит колоритно и производит впечатление бывалого человека и старожила, который знает центр столицы как свои пять пальцев. И по своей прошлой жизни, я знаю, что люди подобной профессии, занимающиеся извозом, вне зависимости от названия, таксист, кучер или извозчик, знают о жизни своего города очень многое.
— А что любезный, — обратился я к нашему водителю, — часто ли к мадам Кристине людей возишь?
— Бывает, — флегматично отозвался мужик.
— И чем там дворяне занимаются, знаешь?
— Не-а, — крупная черноголовая голова в надвинутой на глаза кепке мотнулась из стороны в сторону.
— А если подумать? — я кинул на мягкую обивку сиденья, на которой расположился извозчик, серебряный нир.
Мужик кинул на меня косой взгляд, переложил вожжи в левую руку, а правой накрыл монету. После чего вновь отвернулся, и спросил:
— А что именно господина гвардейца интересует?
— Так я и говорю, чем занимаются там люди, и кто в салоне бывает?
Правая рука, прихватив монету, сместилась с сиденья, и после небольшой паузы, извозчик ответил:
— Народ разный бывает. Купчики средней руки из Торгово-Промышленной Палаты, дворяночки из бедных, бароны из небогатых, приживалы и нахлебники, музыкантов видел и поэт один, чудак полусумасшедший. Всякая публика. Я от дома мадам несколько раз людей увозил, в основном, сильно пьяных.
— Понятно. А сама мадам Кристина кто?
— Баронесса, вроде бы, но герба на ее доме я не видел.
— А фамилия мадам какая?
— Ивэр.
— И часто собирается компания в доме мадам Кристины?
— Я того не знаю, но вроде бы каждый день. Как ночью по улице Хальден не проеду, в восьмом доме свет горит.
— А барона Финера знаешь?
— Ну-у-у, — протянул он, и снова искоса посмотрел на меня, — надо еще разок подумать.
Снова на сиденье опустилась серебряная монета, которая сразу же исчезла.
— Подумай, — наблюдая за кучером, усмехнулся я. — И расскажи мне про барона.
— А чего рассказывать, — мужик кнутом слегка взбодрил свою лошадку, — личность не шибко известная, но и не сошка из провинции. Дуэлянт и бабник, денежки водятся, служит в гвардии, но в форме, как вы, на показ, никогда не ходит, стыдится, наверное. Я барона три раза возил, помню его.
— И где именно служит Финер?
— Не знаю.
— А как он выглядит?
— Темноволосый, широкие плечи, длинные волосы, как у вашего друга, — он кивнул на Альеру, который с недавних пор, стал отпускать роскошную белокурую гриву, — и еще у него шрам на левой щеке, рваный такой, уродливый.
Всю дорогу, пока ехали, я задавал кучеру вопросы, а он охотно отвечал. Все же, пара серебряных ниров хороший стимул для разговора. И когда перед ухоженным симпатичным трехэтажным домиком на улице Хальден мы покинули коляску, у нас уже имелась некая предварительная информация о том месте, куда мы направлялись, и том обществе, в котором окажемся. Как и ожидалось, это был небольшой средний бордельчик для господ из полусвета, которых не допускали ко двору великого герцога Витима и иных очень знатных столичных феодалов и магнатов. Так что, серьезных опасностей можно было не ожидать, но и расслабляться тоже
