Наш современник, солдата Вооруженных сил Российской Федерации Леха Киреев, оказывается в теле умирающего юноши-аристократа в реальности, где правят меч и магия. Кругом война, кровь, грязь, мятежи. Изнемогающей под ударами завоевателей древней империи требуются умелые бойцы. Отличный шанс показать себя.
Авторы: Сахаров Василий Иванович
На входе стояли два солдата в полной боевой экипировке. Меня пропустили в помещение, и я оказался в месте, где Сид и капитаны Черной Свиты решали, что должны делать и чем заниматься бойцы роты. Помещение было самым обычным, одно большое окно, пара столов, на которых лежали папки с документами, и несколько стульев, на белой стене подробная карта столицы и пара списков, а в левом углу массивный деревянный шкаф и пара сундуков. Что касается людей, то их было двое, сам командир Черной Свиты и канцлер императорского двора граф Руге, по моим наблюдениям, один из основных руководителей «Имперского Союза».
Я представился по всей форме и застыл на месте, а полковник и канцлер оглядели меня с ног до головы и, указав на стул рядом со столом, Руге сказал:
— Присаживайтесь граф Ройхо.
Отметив, что меня обозначили как графа, а не как корнета, я присел. Канцлер, который чему-то усмехнулся, расположился напротив меня, взял в руки одну из папок, открыл ее, углубился в чтение каких-то документов, и в кабинете повисла тишина. Сид смотрит в окно и наблюдает за выезжающими из конюшни корнетами второго взвода. Я рассматриваю потолок, и по-прежнему гадаю о причинах моего вызова в это место. А Тайрэ Руге, не обращает ни на кого внимания, просматривает документы в папке, и время от времени морщит лоб. Так продолжается около трех минут, до тех пор, пока Руге не захлопнул папочку. Картон в кожаной обложке схлопнулся, канцлер двора посмотрел на меня, а я на него. Несколько секунд мы померялись взглядами, и я не отступил, выдержал взор вышестоящего начальника и, удовлетворенно кивнув, он отвел от меня свой взгляд, и произнес:
— У вас хороший послужной список граф Ройхо и, не смотря на ваш возраст, за плечами немало славных дел, которыми можно гордиться. Потеря родителей и дома, это серьезный удар по психике любого молодого человека. Но вы не сломались, смогли уцелеть и спастись, выдержали трехлетнее обучение в «Крестиче», и без колебаний вступили в организацию имперских патриотов. Затем, вы немного, но весьма результативно повоевали, снова смогли выжить и в имперском Генштабе лежат два ходатайства о вашем награждении, одно от командира партизанского отряда Калагана, а другое от командующего Отдельным Маирским Горным Корпусом полковника Мурманса.
«Оля-ля, — подметил я, — два ходатайства, про которые я ничего не знал. Глядишь, еще медальку дадут».
А граф продолжал:
— Но это все в прошлом, а меня больше интересуют ваши нынешние подвиги и успехи. За три месяца службы в Черной Свите, граф Ройхо зарекомендовал себя с самой наилучшей стороны. Караулы несет исправно и без халатности, на занятиях усидчив и внимателен, а главный показатель, конечно, это ваши похождения в Белом Городе. Девять официальных дуэлей и девять побед. Это впечатляет.
Подражая Руге, я кивнул подбородком, и ответил:
— Я стараюсь выжить, господин канцлер, и этим все сказано, а ко всем приказам моих командиров отношусь всерьез. Сказано, драться, и я дерусь. Но в целом, я человек не агрессивный и приключений не ищу.
— Хитрите Ройхо, — канцлер усмехнулся. — Ведь это вы со своими друзьями убили Вейфеля Грига, и не просто так, а еще и ограбили его?
— Да, мы.
Отпираться от очевидного факта, я не стал, слишком много ниточек ко мне от этого дела тянется. Официально ничего не докажешь, но я ведь не в Тайной Страже на допросе, так что можно быть достаточно откровенным.
— И зачем вы это сделали?
— Господин канцлер, наверняка, вы и сами догадываетесь, почему был убит Вейфель.
— Мы в курсе, что семейство Григов ваши враги. Однако нас смущает то обстоятельство, что о проведении акции в городе, вы не поставили в известность свое непосредственное начальство. Почему вы об этом умолчали?
— Меня с детства приучили к тому, что надо четко разделять службу и свои личные дела.
— Ну, что же, этот ответ кое-что объясняет, и он принимается. — Руге повертел в руках папку, не иначе, мое личное дело, и сказал: — Граф, у меня к вам имеется ряд вопросов, на которые вы должны ответить предельно откровенно. А затем, если результаты опроса меня устроят, я сделаю вам очень хорошее предложение, рискованное, но для вас, несомненно, выгодное. Вы готовы отвечать?
— Готов, — мой ответ последовал моментально.
— Тогда начнем.
Канцлер вынул из стола сероватый ограненный кристалл из горного хрусталя, и меня немного передернуло, потому что это была весьма хитрая штучка, которая определяла, говорит человек правду или лжет, в «Крестиче» нам про такие артефакты объясняли, да и так, в магических лавках, они продавались. Для меня все могло сложиться плохо. Но я мобилизовался, и подумал о том, что в случае реальных проблем,
