Наш современник, солдата Вооруженных сил Российской Федерации Леха Киреев, оказывается в теле умирающего юноши-аристократа в реальности, где правят меч и магия. Кругом война, кровь, грязь, мятежи. Изнемогающей под ударами завоевателей древней империи требуются умелые бойцы. Отличный шанс показать себя.
Авторы: Сахаров Василий Иванович
мой взгляд направлен на командира взвода, который смотрит на новую массу мятежников, снова идущую от ворот к дворцу.
— Тебе та же задача, что и Дексу. Выбери пять рядовых, и посмотри, что по правому флангу. Иди до прогулочной тропы, а от нее к павильону.
— Есть!
Не особо привередничая, я наугад выбрал бойцов, и мы ушли в тень деревьев. Заслон оставался на дороге, а наша задача ясна и понятна, пройтись по декоративному лесу. Солдаты пыхтят словно паровозы, звякают оружием и доспехами, и под их ногами хрустят неубранные веточки и редкий снежок. И если бы я имел возможность выбора, то отправился бы на обход парка сам. Но приказ есть приказ, и спорить с ним бессмысленно. Шум позади стихает, мы углубляемся в мешанину кедров и валунов и на одной из дворцовых башен два раза бьет колокол.
«Надо же, — подумал я, — примерно полтора часа назад я вошел в тихий ночной дворец, и принес в него войну. Всего девяносто минут, а сколько изменений».
Впереди, над прогулочной тропой, вспорхнула сова, ночной хищник, выслеживающий мышей или иную мелкую добычу. Птицу вспугнули не мы, это точно. И повернувшись к солдатам, я прошептал:
— Тихо! Затаитесь за камнями и ни звука.
Старший среди солдат, кажется, сержант, крепкий и очень подвижный усатый ветеран, молча кивает головой, и его ладони указывают бойцам, где спрятаться. Гвардейцы все сделали четко и быстро, а я, положив на землю щит, достал из подсумка энергокапсулу, прошел немного вперед, и оказался у посыпанной песочком тропинки, метрах в трех впереди. Место знакомое, пару раз я здесь с патрулем проходил, и если противник двинется в обход, то именно по этой тропе. Я спрятался за шершавым стволом дерева, и практически сразу, в свете тускловатой зимней луны увидел на тропе несколько человек, может быть семь или восемь, которые цепью один за другим шли в сторону дворца.
«А вот и диверсанты, наверняка, посланные за жизнью императора Эриком Витимом», — мелькнула в голове мысль, а руки, сами собой, как на тренировке, провернули металлическое яйцо в руках. Тихо звякнул стопор, это сигнал, что у меня есть восемь секунд, и я начал отсчет. Один! Два! Три! Четыре! Пять! Пошла! Магическая граната полетела на тропинку, и упала в самом центре вражеской группы. Я прижался спиной к дереву, зажал руками уши, прищурил глаза, и тут же произошел подрыв энергетической капсулы.
— Ду-ду-хх!!! — Эхо взрыва разорвало тишину и прокатилось по парковой зоне. Со стороны тропинки пришла вспышка света и горячий воздух. Мощный кедр, прикрывающий мое тело от ударной волны, вздрогнул, и на меня посыпались сучки, шишки и иголки. Миг! Снова все стихло и, выхватив свой меч, я отдал команду солдатам:
— Круши изменников!
Я выпрыгнул на тропу и, словно по наитию, сразу же пригнулся. Над головой просвистел арбалетный болт, и тяжелая короткая стрела воткнулась в дерево за моей спиной. Глаза выискивают противника, а он тут как тот, рослый парень в темном обтягивающем тело костюме, в пяти-шести метрах от меня. Он откидывает свой арбалет, из-за спины выхватывает саблю, по длине, лишь немногим меньше моего ирута, и встает напротив меня. Помимо него уцелело еще три убийцы, вроде бы, раненые. Но отвлекаться на них некогда, пусть ими займутся гвардейцы, а я встречу наименее пострадавшего киллера.
Противник крутанул в руках саблю, да так ловко, что сразу видно, передо мной мастер. Нет слов и криков, он хочет уничтожить меня, и этим все сказано, а почему не убегает, того я не знаю, может быть, не хочет бросать бойцов своей группы. Убийца имитировал выпад вперед, но я не повелся. Он пугнул меня раз-другой, а я стою спокойно в базовой стойке, и краем глаза наблюдаю за тем, как солдаты, сбившись в плотный клубок и, прикрывшись щитами, давят раненых и контуженых диверсантов, и понимаю, что каждая секунда это мой выигрыш.
— Ну же! — выкрикиваю я противнику, и киваю в сторону его товарищей. — Нападай! Твоих парней убивают!
— А-а-а! — выкрикивает он, и кидается в атаку.
Взмах сабли. Удар! Сталь бьется о сталь. Новый удар, который я опять отбиваю его, и одновременно с этим, встречаю противника прямым ударом ноги в туловище. Мои движения стремительны, но противник не слабее и тоже двигается быстрее обычных людей. Он ловко, словно кошка или профессиональный гимнаст, перекувыркнулся назад, приземлился на ноги, и снова бросился вперед. Удары посыпались на меня градом, отвлечься не получается, и диверсант начинает менять угол атаки, крутит финты, запутывает меня, и пытается достать мое бренное тело своей сталью. Хрена ему! Я тоже выкладываюсь на сто процентов, ускоряюсь и показываю все свое мастерство. Сильнейший удар от правого плеча, и сабля противника подается под натиском ирута. От
