Наш современник, солдата Вооруженных сил Российской Федерации Леха Киреев, оказывается в теле умирающего юноши-аристократа в реальности, где правят меч и магия. Кругом война, кровь, грязь, мятежи. Изнемогающей под ударами завоевателей древней империи требуются умелые бойцы. Отличный шанс показать себя.
Авторы: Сахаров Василий Иванович
удар, неожиданный и резкий, такой, чтобы старейшины клана заинтересовались мной. Как я собирался это сделать? Да очень просто. Каждую ночь, ближе к полуночи, Умесы сходятся на квартире воинов в одном из ветхих, а потому и слабозаселенных доходных домов, и обмениваются информацией обо мне. И сегодня ночью, немного раньше наблюдателей, я навещу клановых изгоев.
Бойцов надо кончать сразу, так как неудачники неадекватны, и им хоть как, не жить, а наблюдателей, которые явятся немного позже, изобью, припугну и отпущу. Они рванут на доклад к старейшинам, а те, если я их правильно просчитал, сделают ответный ход, более продуманный и рассчитанный уже не на грубую силу, а на аккуратный подход к объекту, то есть, ко мне. Ведь я собираюсь сделать нестандартный ход и это должно их заинтриговать. Ну, а если я ошибаюсь, такое, кстати сказать, тоже не исключено, то меня тупо пристрелят на улице, или, по крайней мере, попытаются это сделать. Впрочем, что будет дальше, время покажет. А пока, пора выдвигаться к месту, где засели бойцы Умесов. И переодевшись в одежду попроще, с кортом на боку, я вышел на улицу.
На Грасс-Анхо падал снег. Снова вернулась зима, температура воздуха немного упала, и с темных небес сыпались пушистые и легкие снежинки, которые неспешно опускались вниз, и точно белым ватным одеялом укутывали дома. Красиво и спокойно. И в такую погоду, следовало бы сидеть перед жарким камином, держать на коленях любимую девушку, пить легкое вино и перешучиваться с ней, а мне, словно ночному бродяге, надо пройти около километра, выйти на соседнюю с Данвен улицу Сванир, и сделать то, что я задумал.
«Э-э-х-х! — мысленно протянул я. — Жизнь моя жестянка. Хочешь одного, а выходит совершенно другое. Ну, ничего, буду надеяться на то, что рано или поздно все наладится, и я заживу хорошо и привольно. Только вот дотянуть бы до этого времени. Может быть, зря я к Умесам один отправляюсь? Да нет, все верно. Против меня мелкие сошки, неудачники, которые надеются за счет моей жизни вернуть уважение старших и наблюдатели. А я гвардеец и остверский дворянин, который в одиночку уработал Аксу Умеса, командира своей группы, а значит, должен соответствовать тому психологическому портрету, который сложат старейшины».
Пешком, я зашагал по ночной улице. Двигался быстро и до шестиэтажного здания на улице Сванир под номером девятнадцать дошел на одном дыхании. Здесь, следуя рекомендациям Керна, я шмыгнул в ближайшую подворотню, огляделся, и по строительным лесам в глухом тупике, поднялся на уровень второго этажа и через неплотно прикрытое изнутри окно попал внутрь. Снова остановка, и движение вверх по шаткой темной служебной лестнице на четвертый этаж, где в неплохих апартаментах для имеющих деньги людей остановились мои сегодняшние противники. Все было необходимо делать быстро и четко, и я не мешкал. И через минуту, оказавшись перед темной широкой дверью, я постучал в нее условленным сигналом, который подслушали люди Керна. Два коротких, один длинный, два коротких.
За дверью раздался шум, она открылась, и передо мной оказался низкорослый и румяный лысый парень лет двадцати пяти. Он в недоумении уставился на меня и, без раздумий, костяшками пальцев правой руки, с выдвинутым вперед средним суставом, я ударил его в кадык.
Парень захрипел, попытался судорожно вдохнуть в легкие воздух и, обхватив свое горло ладонями, отшатнулся назад. Я последовал за ним следом, прикрыл дверь, и добил противника ударом кулака в челюсть. Молодой Умес, которого, наверняка, изгнали из клана, по причине того, что он непроходимый тупица, упал на пол. Я прошел в комнату, где обнаружил второго бойца, средних лет полноватого брюнета. И не давая ему сориентироваться, прямым ударом ноги в грудь свалил его на просторный ковер. Умес попытался вскочить, но очередной удар сапога вновь сбил его на спину. И сильно придавив грудную клетку противника левым коленом, я спросил:
— Кто я, понимаешь?
— Ройхо? — вопросом на вопрос ответил он.
— Он самый. Наблюдатели, когда придут?
Полноватый брюнет дернулся, но колено до хруста вмялось в его грудь, и он прохрипел:
— Скоро будут.
— Это хорошо.
Правая ладонь вытянула кинжал, и стальной клинок прошелся по шее моего несостоявшегося убийцы. После чего я поднялся, втащил в комнату второго Умеса, положил его рядом с напарником, и металлическая полоска кинжала соприкоснулась с его разбитым горлом.
Половина дела была сделана, и оставалось только дождаться гостей, которые не замедлили, и появились спустя десять минут. В дверь постучали условным стуком и, открыв ее, одновременно с этим движением, я отступил вбок. В полутьме прихожей разглядеть, кто стоит рядом, было проблематично,
