Наш современник, солдата Вооруженных сил Российской Федерации Леха Киреев, оказывается в теле умирающего юноши-аристократа в реальности, где правят меч и магия. Кругом война, кровь, грязь, мятежи. Изнемогающей под ударами завоевателей древней империи требуются умелые бойцы. Отличный шанс показать себя.
Авторы: Сахаров Василий Иванович
16.06.1401.
Звонкий сигнальный горн издал протяжный звук, который разнесся по всему училищу. И тут же по казарме прокатилась трель свистков и крики наших сержантов-десятников:
— Подъем!
— Встали!
— Живее!
Тонкое одеяло моментально отлетает в сторону, я вскакиваю и, на полном автомате, все еще находясь в состоянии полусна, быстро натягиваю на себя форменные брюки, вскакиваю в сапожки, и бегом, по проходу между койками, устремляюсь на выход. Вокруг меня кадеты нашего первого курса. Все мы торопимся, как можно скорее покинуть помещение, потому что последний курсант обязательно получит сильного пинка по копчику. Это является хорошим стимулом для того, чтобы поторапливаться. И сейчас я знаю, что думает каждый из моих сокурсников, которые, пыхтя и толкаясь, спешат на плац. Наверняка, любой из этих парней, сейчас мысленно кроет матом сержантов, офицеров-инструкторов, преподавателей, весь военный лицей «Крестич», в котором мы проходим обучение, ну и, конечно же, недобрым словом вспоминает тот день, когда он решил в него поступить. Но при этом, никто не желает показать слабину, и ни один из нас не выскажет десятникам то, что он думает на самом деле.
— Стадо беременных ослов! — хриплым голосом орет сержант Сантин, командир моего второго десятка.
— Маменькины сыночки! — вторит ему первый десятник Цинкер, когда я пробегаю мимо него. — Стадо ленивых бабуинов!
— А вот и жертва! — позади слышен радостный рев сержанта Бунара. — Опять благородный граф Торман Сарана опаздывает! Что, молодой человек, спать любим!? Устаете!? Так может быть, вам отправиться домой, к могилке вашего папочки, который не смог защитить свои земли? Червяк!
Слышен глухой звук удара и вскрик Тормана, светловолосого и румяного парня семнадцати лет отроду, который, в самом деле, постоянно попадает на раздачу тумаков во время подъема. Для меня это все уже привычно, и я не обращаю на происходящее никакого внимания, воспринимая крики, суету и беготню как само собой разумеющийся фон моего сегодняшнего бытия.
Наш курс, точнее сказать, все, что от него осталось, выбегает на плац и строится по десяткам. Сейчас будет быстрая перекличка, а затем начнется новый день. Я окончательно просыпаюсь, встряхиваюсь, быстро оглядываюсь вокруг и без движения замираю во второй шеренге. Впереди две минуты относительного покоя, я смотрю на своего верного товарища Вирана Альера, и в голове, чередой фрагментов, проносится вся история моего обучения в военном лицее…
Ранним утром шестнадцатого марта сего года, гостиницу господина Ирсы покинули сразу пять постояльцев, молодые дворяне, в числе которых были я и Виран Альера. Все мы должны были стать кадетами «Крестича» и наемной повозкой, без слуг, отправились загород. И проехав около десяти километров, мы свернули с основного тракта на проселок, и через десять минут подкатили к мощным воротам с двумя охранными башнями, которые преграждали проход за высокую каменную стену, тянущуюся на пару километров влево и вправо от нас. Чем-то, это все напоминало обычную воинскую часть на Земле, только ограждение повыше, поверху нет колючей проволоки, и на КПП отсутствовали солдаты, которые находились не на виду, а в укреплении.
Итак, мы оказались перед воротами, рядом с которыми находилось уже больше сотни молодых людей, будущих кадетов. И присоединившись к ним, я вслушивался в их разговоры, и для себя всех присутствующих разделил на несколько групп. Первая, это богатые и влиятельные аристократы, которые искали острых ощущений или же прибыли в «Крестич» по воле своих родителей. Вторая, обедневшие и безземельные дворяне, вроде меня и Альеры, которым терять было нечего, и военный лицей должен был дать нам образование и путевку в жизнь. Третья, это бастарды, и с ними ситуация ясна, училище для них все и отступить они не могут, потому что некуда. Ну, и последняя группа, свободные остверы у которых были обнаружены неиспользуемые ими таланты к магии. В основном это были бывшие крестьяне и ремесленники, готовые помучаться, чтобы получить офицерский патент.
Такой вот подобрался контингент, готовых к учебе людей в возрастной категории от шестнадцати до девятнадцати лет. И единственное, что, на тот момент, я не очень хорошо понимал, почему набор в военный лицей ведется каждые полгода, один курс приравнивается к шести месяцам, и зачем набирают так много кадетов. Однако со временем ответы на эти вопросы были получены.
Наше ожидание продлилось два часа, до самого полудня. За это время прибыло еще около сотни будущих
