Наш современник, солдата Вооруженных сил Российской Федерации Леха Киреев, оказывается в теле умирающего юноши-аристократа в реальности, где правят меч и магия. Кругом война, кровь, грязь, мятежи. Изнемогающей под ударами завоевателей древней империи требуются умелые бойцы. Отличный шанс показать себя.
Авторы: Сахаров Василий Иванович
над фортом очередной световой магический фонарь, а затем кинул в толпу врагов пару огненных шаров, которые должны были окончательно истощить его силы. И теперь, когда с поля боя уходит магия, все решает честная сталь.
Клинок нанхаса сошелся с моим. Он силен, но и я не слабак, и знаю толк в одиночных боях, не одна дуэль за плечами. Размен базовыми диагональными ударами. Еще один. И еще. Выпад противника, который я, хоть и с трудом, но отбиваю. Ответный выпад. И мой меч соскользнул с ламеллярного доспеха врага, причем сталь клинка ушла не вниз, а вверх. Почему, совершенно ясно. Доспех северянина кавалерийский, и все пластины на нем идут вершиной вверх, тем самым, защищая конника от ударов снизу. Впрочем, это так, отступление. Мимолетная мысль и отметка на будущее.
Полшага вперед и новый косой удар в голову вожака северян. Он закрывается клинком, отбрасывает мой ирут в сторону и контратакует в низком выпаде пытаясь достать мою голень, которая ничем не прикрыта. Однако я отскочил и, чуть было, не оскользнулся. Но к счастью для меня я не упал и смог принять новый удар врага. Звон клинков! Я увожу смертельно опасную сталь ятагана в сторону, и атакую в ответ. Однако снова неудача и это очень плохо. Враги приходят в себя, и нас по-прежнему меньше. Нужно что-то сделать. Необходимо переломить поединок в свою пользу. А хрена тут сделаешь, если силы и класс бойцов одинаковы? Ничего. Однако есть кое-что, чем я могу удивить врага. А именно последний кмит с «Полным Восстановлением», который в любом случае на десять-пятнадцать секунд дезориентирует противника, это мне известно точно, не раз это заклятье на себе и на других людях применял.
Зелень заклятья перетекла в левую руку. Правая парирует очередной вражеский удар, а затем, вместо ответного выпада, я кидаю в лицо противника собранную в ладони энергию, и вижу, что исцеляющая сила ударяет так похожего на меня северянина в лицо и сквозь кожу впитывается в его тело. Нанхас тут же закачался из стороны в сторону, а я шагнул на него, вскинул рукоять ирута к призрачному свету магического светильника, и ударил врага сверху вниз в район сердца. Острая сталь прошла между пластинами, рассекла шнур, который их связывал, проникла через одежду и впилась в молодое сильное тело вражеского командира.
Все это происходит в течении трех секунд. Ирут готов встретить нового врага, а северянин падает мне под ноги. И снова мой боевой клич:
— Ройхо! Победа! Бей! Убивай!
Не знаю, поняли меня нанхасы или нет, а вот мои дружинники все уяснили правильно. Они поддержали своего графа нестройными кличами, поднажали, сбили вокруг меня жидкий строй, и мы погнали врагов к выходу с тропы, туда, где погиб десяток Суврата. Наши мечи взлетали вверх и опускались вниз, на головы врагов. Один за другим они падали наземь. И в свете догорающего осветительного шара я видел их растерянные лица, бил в них своей сталью и кромсал их без всякой жалости. Шаг вперед! Удар! Смерть человека! Шаг вперед! Выпад! Ранение северного бойца! Чисто механическая работа, которая продолжалась до тех пор, пока мы не согнали врага вниз, и спешенных нанхасов не прикрыла группа в пять-шесть человек на лосях, погнавших своих боевых животных на нас.
— Щелк! Щелк! Щелк! — ударили навстречу зверям арбалеты. Но свалить удалось лишь одного. И чтобы нас не стоптали, пришлось оставить преследование разбитого противника и вернуться на середину тропы.
Враг отступил и одновременно с этим закончился дождь. Дружинники поили целебными эликсирами тяжелораненых товарищей. Легкораненые бинтовали друг друга. А восемь боеготовых воинов, которых не попятнали в этом бою, с арбалетами в руках, остались дежурить на тропе. Старшими над ними был Нерех и, удостоверившись в том, что северяне действительно отступили, я вернулся в форт.
На краю руин я переступил через тела убитых «Плющом» нанхасов, осмотрелся и подошел к костру рядом с которым находились Верек и оборотень. Взъерошенный маг, у которого стрелой была располосована правая щека, глотал укрепляющие настойки, а Рольф, с виноватым видом, сидел на камне и искоса посматривал по сторонам. Я присел между ними, дождался пока появятся Амат и Квист, сплюнул себя под ноги попавшую на губу соринку и сказал:
— Докладывайте!
Первым отозвался сержант Квист:
— Десяток Суврата вместе с ним погиб сразу, два поста по пять человек за минуту вырезали, никто и пикнуть не успел. В остальных десятках одиннадцать убитых и пятеро тяжелых. Мы взяли двух пленников, все ранены, жить будут. Помимо этого у противника сорок девять убитых, из них пятеро за господином магом и шестнадцать за вами, господин граф. Если нас до утра не атакуют, а это вряд ли, все наши раненые смогут продолжить движение.
