Наш современник, солдата Вооруженных сил Российской Федерации Леха Киреев, оказывается в теле умирающего юноши-аристократа в реальности, где правят меч и магия. Кругом война, кровь, грязь, мятежи. Изнемогающей под ударами завоевателей древней империи требуются умелые бойцы. Отличный шанс показать себя.
Авторы: Сахаров Василий Иванович
— Хорошо. И раз мы все решили, через час выступаем…
Отпущенный Ойкереном на отдых срок пролетел незаметно. Нанхасы вновь взобрались на своих животных и, разделившись, снова рванулись вдогонку за врагом. Большая часть воинов и шаманом помчалась на юг, а затем стала сворачивать на юго-запад, а двести оленеводов и Риаль Катур с учениками, по звериным тропам пошли на запад.
Минуло еще два часа. На землю опустилась ночь. Но Океанские Ястребы и их союзники не останавливались. Никуда не сворачивая, северяне шли по следу врага, и их терпение и упрямство были вознаграждены. В десятом часу ночи они вышли к узкому проходу между двух крутых холмов, и здесь встретили отряд своих разведчиков, которые следили за имперцами, заметили, что они оставили на пути нанхасов еще один заслон, сотню герцогских дружинников, и атаковали его с тыла. Итог схватки был предсказуем, все воины герцога Гая Куэхо-Кавейр и их командир сотник Баншер погибли. Ни один оствер не смог уйти от разведки Ястребов и предупредить расположившихся всего в пяти километрах от их оборонительной позиции имперцев о том, что опасность рядом и нанхасы, наверное, уже уничтожив отряд Уркварта Ройхо, вот-вот обрушатся на лагерь соединения.
В этом месте северяне сделали очередной часовой привал. Не зажигая огней, воины готовили оружие, а Ойкерен принял доклад командира отличившихся разведчиков сотника Кергевена о том, как он и его люди без потерь уничтожили сотню южан. Это была добрая весть для нанхасов, и она их взбодрила. Но затем из допроса двух пленных дружинников вождь узнал, что на переправе через Эйску против него стоял отряд кровника, графа Уркварта Ройхо, и это известие заставило его крепко сжать кулаки и стиснуть зубы. Ненависть переполняла его. И он чуть было не передал командование воинами Оберу и не отдал приказ своим телохранителям на изменение маршрута. Но здравый смысл снова одержал вверх. Кровником займется Риаль Катур, а ему все равно было некогда гоняться за Ройхо по лесам, ибо вскоре Ойкерену, как представителю всего своего рода необходимо ехать к Совам и Орлам. И раз уж судьба решила, что счеты с имперским графом сведет верховный шаман Океанских Ястребов, то так тому быть. Ну, а если, вдруг, случится чудо, и остверы смогут сбежать от Катура, то это значит, что встреча Фэрри Ойкерена и Уркварта Ройхо будет отложена. А пока у вождя есть более важное дело — уничтожение отряда полковника Нии-Фонта…
К освещенной кострами стоянке южан, которая находилась в прикрывающем людей и лошадей от ветра просторном пологом распадке, северяне подходили тихо и без суеты. Деваться остверам было некуда. С одной стороны непроходимое болото, с другой глубокий ручей, на противоположном берегу которого засела одна из разведывательных сотен Каргевена, а с двух других направлений на имперцев накатывались Океанские Ястребы и их союзники. И все что северянам требовалось сделать, это атаковать лагерь врага, который по наблюдениям разведки к бою не готов и представляет из себя не воинское подразделение, а толпу усталых, измученных и слабо организованных людей. Все было просто. Преимущество за нанхасами и победа практически в их руках. Поэтому Ойкерен спланировал проведение боя, раздал приказы сотникам, и решил, что этой ночью он будет в первой атакующей волне и напоит свой атмин кровью наглых южан.
Воины стронулись с места. До лагеря остверов остается девятьсот метров. Пятьсот. Четыреста. Триста. Пора! Ойкерен выхватил из ножен свой клинок, вскинул его над головой и выкрикнул:
— Смерть имперцам!
Громкий и сильный голос вождя разнесся над темной равниной, и его услышали не только воины рода, но и часовые остверов, три десятка утомленных дружинников, которые сразу же подняли тревогу. Но топот копыт уже приближался к стоянке имперцев. Северяне были все ближе, а организовать оборону было некому. Полковник Нии-Фонт только выскакивал из своей палатки. Маги поспешно глотали зелья бодрости, за которые им, если они выживут, потом придется расплачиваться полной потерей сил и болями во всем теле. Командиры отдельных отрядов пытались сориентироваться. А рядовые воины, пересиливая себя, хватали оружие и ждали приказов. Так поступало большинство, но находились и те, кто был готов сдаться в плен или словно крыса в огне пожара пытался найти отнорок, который бы вывел его к спасению.
— Хей-я-я! — издал древний боевой клич Фэрри Ойкерен, когда его сохатый оказался в лагере противника.
— Хей-я-я! — поддержали его телохранители и воины ближних сотен.
Яростный потоп из людей, лосей и оленей накрыл так и не успевший до конца проснуться лагерь имперцев. Ойкерен намотал на левую руку поводья и притормозил бег своего лося. Верный бык сбавил скорость
