Наш современник, солдата Вооруженных сил Российской Федерации Леха Киреев, оказывается в теле умирающего юноши-аристократа в реальности, где правят меч и магия. Кругом война, кровь, грязь, мятежи. Изнемогающей под ударами завоевателей древней империи требуются умелые бойцы. Отличный шанс показать себя.
Авторы: Сахаров Василий Иванович
настоящее ложе из драгоценных металлов усыпанных сверкающими в отблесках света камнями. И на нем восседали два надменных человека. Один, понятное дело, наследник, одетый, как и мы. А второй, суровый и полненький темноволосый здоровяк около сорока лет в легком белом халате, наподобие банного, из под которого проглядывало смуглое загорелое тело. Это был сам правитель Княжества Фертанг, как позже выяснилось, в свое время сместивший с трона своего старшего брата, и с той поры, уже двадцать лет управляющий родовым княжеством.
Нуман приподнялся, сел, широко улыбнулся, и одарил нас несколькими добрыми словами. В ответ, мы поклонились, поблагодарили князя за гостеприимство, а после этого отошли к придворным, которые расположились вдоль стен. Князь произнес речь, в которой уведомил своих приближенных о том, что мы не только гости наследника, но и его личные. Сказано это было таким тоном, что вельможи взглянули на нас с видимым уважением, хотя, наверняка, как минимум половина из них подумала про нас что-то плохое.
На этом прием был окончен, и мы окунулись в сказку по мотивам «Тысячи и одной ночи».
Этим же вечером наши общие покои навестил Вилл Фертанг, и они наполнились музыкантами и прекрасными танцовщицами из малого, так сказать, вспомогательного, княжеского гарема. Вино полилось рекой. И веселье было такое, какого я никогда не наблюдал, даже в своей прежней жизни, когда являлся Лехой Киреевым. Шутки, смех и истории про лицей. Множество деликатесов и разнообразных кушаний. Мелодичное звучание струнных инструментов, напоминающих испанские гитары. Полуобнаженные и загорелые женские тела, извивающиеся в свете «вечных светильников». Это было нечто невообразимое. А ночь! О-о-о, это было что-то неописуемое! Настоящая феерия страсти с красивой женщиной, которая с фантазией и превеликим мастерством утолила первые плотские потребности Уркварта Ройхо. И чего уж тут смущаться, даже меня, землянина, который что-то в своей жизни видел, и «Кама-Сутру» почитывал с применением на практике, она кое-чему научила.
Потом было утро и наши ошарашенные счастливые лица. А затем конная охота на зайцев, в полях за городом. Возвращение во дворец и снова гулянка с красивыми и готовыми оказать нам любые услуги женщинами. Далее океанский пляж с белоснежным песком и рыбалка, вечерний пир и новая девушка. Посещение веселой ярмарки в одной из близлежащих деревушек и опять легкое вино, разговоры о жизни и перспективах, прекрасное настроение и очередная ночь страсти с профессионалкой. Сплошной круговорот развлечений и удовольствий. Сладкий плен, в который мы попали на три недели, и покидать который не хотелось.
И так продолжалось до сегодняшней ночи, когда я проснулся от странных звуков, которых в моей временной гостевой спальне не должно было быть. Кто-то всхлипывал. И оторвав голову от подушки, я оглядел полумрак помещения, и заметил, что у окошка, выходящего в сад, из которого в спальню потоком лился лунный свет, сидит девушка, с которой сегодня я делил постель. Красивая стройная брюнетка девятнадцати лет с отличными формами, страстная и весьма крикливая во время оргазма, почему-то, уткнулась лицом в колени, которые поджала под себя и тихонько плакала.
«Что такое? — подумал я. — Может быть, я ее чем-то обидел? Вроде бы нет. Все было по взаимному согласию, без насилия и извращений, хороший секс и только. У нее, наверняка, по работе, а у меня по желанию».
Бесшумно встав с кровати, я подошел к девушке, имени которой не знал, и спросил ее:
— Что случилось?
Она резко вскочила, рукавом полупрозрачного платья, больше напоминавшего ночную рубашку из магазина эротического белья, вытерла слезы, поклонилась, опустила голову, и ответила:
— Простите господин, мне соринка в глаз попала, вот я и заплакала.
Я приподнял ее подбородок, посмотрел в глаза, которые в свете луны сверкали, словно два драгоценных камушка, и покачал головой:
— Не ври мне. Ты плакала из-за меня?
— Нет-нет, благородный господин, вы здесь ни причем, — быстро проговорила она, запнулась, и добавила: — Дело в моей семье, за которую я сильно переживаю.
— Пойдем, — я взял ее за тонкую изящную ладонь, подвел к диванчику рядом, усадил ее, сел рядом и спросил: — Как тебя зовут?
— Юсти.
— Расскажи подробней, что случилось?
— А зачем вам это, господин?
— Интересно знать, как у вас люди живут. И может быть, я смогу тебе помочь. Ведь одни люди должны помогать другим людям?
— Не знаю.
Она в недоумении посмотрела на меня, и я подумал о том, что сморозил глупость. Я нахожусь в настоящем феодальном государстве, и мне повезло оказаться в теле аристократа, бедного и бездомного,
