Наш современник, солдата Вооруженных сил Российской Федерации Леха Киреев, оказывается в теле умирающего юноши-аристократа в реальности, где правят меч и магия. Кругом война, кровь, грязь, мятежи. Изнемогающей под ударами завоевателей древней империи требуются умелые бойцы. Отличный шанс показать себя.
Авторы: Сахаров Василий Иванович
смогут дать работягам время на отход, разумеется, если сами не сбегут, — помедлив пару секунд, я пояснил: — Погнавшись за северянами, мы их все равно не догоним, даже на ослабленных бескормицей сохатых и оленях они немного быстрее. А значит, необходимо выйти на дорогу, по которой они пойдут. И здесь единственное наше преимущество в том, что мы можем пройти через Мкирру, а они должны ее обогнуть.
Над костром воцарилось молчание. И встав, я кивнул в сторону погребальных костров:
— Пойдемте господа! Окажем мертвым свое почтение, проводим их в последний путь и будем отдыхать. Завтра очередной тяжелый день.
Глава 17
Империя Оствер. Герцогство Куэхо-Кавейр. 16.02.1406.
Костар Обер, молодой сотник Океанских Ястребов, выехал на взгорок, остановил своего боевого лося и осмотрелся.
За спиной предгорья хребта Аста-Малаш и рудники имперцев, к которым сейчас, наверняка, спешат воины местного герцога. В семи-восьми километрах левее, на крутой горке, скрытая от глаз стволами деревьев, стоит неприступная крепость Мкирра, мимо которой его отряд прошел вчера, а испуганные остверы, молча смотрели на него с высоких стен и ни один из этих презренных трусов не осмелился бросить вызов его воинам. Справа непроходимые заснеженные чащобы и множество оврагов, где даже лыжникам не пройти и не развернуться. Ну, а впереди, если следовать по грунтовой дороге и никуда не сворачивать, одно из ответвлений Южного тракта, небольшая горная речушка и перекресток, где подчиненные ему воины должны разделиться на мелкие группы, и разлететься по территории Герцогства Куэхо-Кавейр.
Людей вблизи нет. Подобно крысам, имперцы попрятались по норам, и ждут того момента, когда северяне уйдут. Резервов у противника почти нет, и бояться отряду Костара Обера особо нечего. Разве только подлой ловушки, вроде натяжного самострела, который пару дней назад выстрелил из кустов и похожая на дротик тяжелая длинная стрела, ударила в тело одного из оленей, которого пришлось дорезать и съесть, да ямы с кольями. Так что можно было продолжать свое движение по давно намеченному маршруту. Но на сердце у Обера было неспокойно, и потому он замялся, хотя подобное поведение для резкого и стремительного воина, который являлся достойным представителем своего племени, было нехарактерным.
— Что-то не так сотник? — рядом с Обером остановился лидер оленеводов, приближенный к вождю одичавших нанхасов Ратэрэ Дючину человек, низкорослый, хитрый и пронырливый Лот Шаквэ из рода Изумруд.
— Все так, — ответил ему Костар. — Просто беспокоюсь о той полусотне, которую мы оставили в прикрытии.
— Ничего. Там воины хоть и не из лучших, но бывалые, да и шаманы хорошие. Так что остверам их не достать, потому что все имперцы слабаки, а их маги неучи.
— В основном это так. Но и у них есть хорошие воины. Я был среди тех, кто атаковал вражеское прикрытие на реке Эйска, и помню, как они храбро сражались.
Лот Шаквэ ему не возразил, а всмотрелся в прямую дорогу по ходу движения отряда, приметил всадников из головного дозора, которые опережали основной отряд на километр, и спросил:
— Продолжаем движение?
Помедлив, Костар согласно кивнул и взмахнул правой ладонью:
— Да! Вперед!
Северяне снова пустились в путь. Десяток за десятком они переваливали взгорок, проходили мимо своего командира и двигались по дороге. Олени и сохатые, впалые бока которых равномерно поднимались и опускались, несли своих всадников без видимой натуги. Но Обер знал, что животные устали и им требуются хорошие корма, которые можно достать только в глубине вражеской территории, там, где имперские крестьяне сидят по своим домам и не ждут никакой беды. Впрочем, людям тоже надо было подкормиться, поскольку на зимней охоте прожить хоть и можно, были бы соответствующие навыки, но это отвлекало воинов от основного предназначения отряда, от войны против остверов.
Сотник отпустил поводья своего лося, и умное животное самостоятельно вошло в колонну, заняло свое место в строю собратьев и зашагало по дороге. Привычное покачивание в седле несколько успокоило сотника и как это часто случалось с ним во время походного марша, он погрузился в свои мысли. И ему некстати вспомнилась последняя беседа с отцом, грозным Сантрэ Обером, который вызвал его к себе незадолго до начала похода.
В тот день Костар примчался на стоянку рода, быстрым шагом вошел в горницу дома, где жила его семья, и здесь он увидел двух человек, которые сидели за столом. Первый, это отец, широкоплечий и вечно угрюмый здоровяк, а другой шаман Океанских Ястребов старый Риаль Катур. Перед самым
