Наш современник, солдата Вооруженных сил Российской Федерации Леха Киреев, оказывается в теле умирающего юноши-аристократа в реальности, где правят меч и магия. Кругом война, кровь, грязь, мятежи. Изнемогающей под ударами завоевателей древней империи требуются умелые бойцы. Отличный шанс показать себя.
Авторы: Сахаров Василий Иванович
вскинул подбородок, прозвучал резко и разнесся по темной и лесной заснеженной поляне, словно выстрел.
— Тогда прощайте, вожди, и пусть наша договоренность будет крепкой, а клятва нерушимой. Ну, а того, кто ее нарушит, покарает богиня.
— Да будет так! — разом произнесли оба Ястреба.
— Да будет так! — вторила им Отири, которая в данном конкретном случае являлась свидетелем и гарантом наших договоренностей.
Давая знак, что переговоры окончены, я встал. Вожди Океанских Ястребов последовали моему примеру, а вот ламия осталась сидеть. Наши ночные гости простились с ней, а она с ними. Все как-то буднично, вежливо и спокойно, словно и не стоит рядом пятитысячный авангард вражеского войска, а мои оборотни и дружинники не готовы к тому, чтобы нанести по нему удар. Просто люди у ночного костра. Посидели в зимнем лесу, обсудили свои дела и теперь расходятся. Но это только иллюзия. И слова Ойкерена, с которыми он обратился ко мне напоследок, подтвердили это:
— Когда-нибудь мы встретимся с тобой на узкой дорожке, граф Ройхо, и ты умрешь. Клянусь!
— Ну да, конечно, — улыбка сама собой пробежала по моим губам. — Только ты доживи до этого момента, Ферри Ойкерен.
— Эх-хр!
С трудом сдерживаемый неразборчивый рык вырвался из горла Ойкерена, но больше он ничего не сказал, а резко развернулся на месте и отправился в сторону опушки, где находилась его охрана. Было, Сантрэ Обер последовал за ним, но я придержал его:
— Обер, тебе привет от Костара.
— Сын!? Он жив!? — военный вождь замер на месте.
— Да.
— Что с ним!?
— Он не погиб. Попал в плен, а сейчас находится на моей службе и командует боевой галерой.
— Этого не может быть!
— Граф говорит правду, — подтвердила мои слова ламия.
— Я вас услышал, — коротко и сдержанно ответил Сантрэ.
«Ага! — немного позлорадствовал я. — Хау! Я все сказал! Слышали, знаем, кино про благородных индейцев смотрели. Тоже мне гордые северные мужчины, нет бы порадоваться».
Однако, плечи Обера, этого сильного человека, заметно поникли. Он отвернулся и последовал за своим другом и предводителем, а я проводил его взглядом и, представив себе, что творится в душе отца, узнавшего, что его сын жив, решил, что не следует воспринимать поведение военного вождя как заносчивость. Поэтому, отогнав прочь мысли про двух Оберов, я вновь присел на бревно и, глядя на огонь, задумался о результатах прошедшей встречи.
Что сказать? В целом переговоры прошли вполне успешно. Правда, они были спонтанными, и мой сюзерен их не одобрял, но пока ему про них знать и не надо. Ну, а что касается моих личных впечатлений относительно посетившего мой костерок вождя Океанских Ястребов, то Ферри Ойкерен мне понравился. Человек с твердыми убеждениями и потомственный вояка. И если бы не его ненависть ко мне, то, наверное, когда-нибудь, мы могли бы стать друзьями или как минимум приятелями. Но Ойкерен внушил себе, что я его кровник, а переубеждать вожака в обратном, у меня не было ни времени, ни сил, ни желания.
Да и вообще, с моей точки зрения, я ни в чем не виноват. Позапрошлой осенью вблизи горы Юххо случай столкнул мой поисковый отряд с разведкой нанхасов, а дальше все пошло само собой и от меня мало что зависело. Наше противостояние, мое и северян, на фоне разгорающегося военного конфликта, нарастало. Обиды множились. Убитых становилось все больше. И Ойкерен, зацепившись за мою фамилию и тот факт, что именно граф Ройхо взял в плен его сына, а затем как ценного языка передал в руки Тайной Стражи Канимов, ненавидел меня так, словно это я убил Мака, а не он самолично срубил ему голову.
Ну, а я до сего момента про него никогда особо не думал. Других проблем и забот хватало. Так что если бы не ламия, которая встретила мой рейдовый отряд в пустошах и объяснила мне, что на самом деле происходит в племенном сообществе Десять Птиц, то я бы воспринимал вождя Океанских Ястребов исключительно как безликого врага или потенциального нейтрала. И первое, что бы я сделал, это атаковал противника. Однако ведьма перехватила нас вовремя и рассказала много такого, о чем погибший в пыточных подвалах пленный сотник даже не подозревал. Поэтому ситуация была пересмотрена и вместо налета на авангард северян мой сводный отряд растекся по окрестным оврагам, рощам и лесам, а Ойкерену было послано приглашение явиться на переговоры, и он появился, причем не один, а вместе со своим боевым товарищем Обером.
Прошло два часа. Благодаря Отири, авторитет которой среди нанхасов был весьма высок, мы договорились, и теперь я уверен в том, что через пару дней армия вторжения потеряет треть своего личного состава. Вожди Океанских Ястребов отправляются в свой лагерь, а мне надо готовить план атаки
