Наш современник, солдата Вооруженных сил Российской Федерации Леха Киреев, оказывается в теле умирающего юноши-аристократа в реальности, где правят меч и магия. Кругом война, кровь, грязь, мятежи. Изнемогающей под ударами завоевателей древней империи требуются умелые бойцы. Отличный шанс показать себя.
Авторы: Сахаров Василий Иванович
к великой миссии вновь стать полновластным самодержцем, но о планах своих ближайших слуг он не догадывается. Однако когда придет решающий час, он одобрит их решение и, конечно же, не забудет воинов, которые пошли ради него на подвиг и риск. Поэтому, кадеты, в этот момент я предлагаю вам не только вступление в подпольную организацию и, как следствие, полную опасностей и сложностей жизненную стезю, но и шанс возвыситься.
— Какие нам будут поручаться задания? — вновь подал голос Эхарт.
— Я этого не знаю, — Нитра покачал головой.
— А когда начнется наша, — третий сын барона запнулся, — скажем так, служба?
— Сразу по окончании обучения, когда за воротами вас встретят ваши будущие начальники. С этого мига для вас и начнется новая жизнь. Моя задача сделать вам предложение и поручиться за вас перед вышестоящим командиром.
— Это начальник «Крестича»?
— Нет. Он понимает, что я и еще пара человек ведем свою игру в его училище. Но мы никому не мешаем и никаких призывов к коренному и немедленному слому сложившейся государственной системы не пропагандируем. Цели наши патриотичны и мы никого не подставляем под удар. И наш план по возвышению империи не в том, чтобы немедленно дать всем рабам свободы и равные с дворянами права, а в постепенном изменении всего жизненного уклада в государстве. Но для этого, сначала необходимо вернуть власть истинному правителю Империи Оствер. — Капитан замолчал, оглядел нас, удостоверился в том, что новых вопросов к нему не имеется, и произнес: — Итак, жду вашего немедленного решения, господа кадеты. Вы принимаете мои слова на веру и готовы принять предложение вступить в подпольную организацию «Имперский Союз»?
Мне раздумывать нужды не было, и я заранее знал, что отвечу:
— Готов!
Альера посмотрел на меня, хмыкнул, и тоже согласился:
— Готов!
Настал черед Эхарта, и хотя было видно, что он немного отошел от зажигательной речи капитана и уже начинает задумываться о том, куда может завести участие в тайной организации, он последовал нашему примеру:
— Готов!
Офицер-инструктор, который все время нашего разговора был напряжен, заметно расслабился и, посмотрев на меня, спросил:
— Кадет Ройхо, по каким причинам вы решили встать в ряды истинных патриотов империи?
Можно было не лукавить и высказаться максимально искренне, и мой ответ выскочил сам собой:
— Империя может снова стать великой, и мне бы этого хотелось, а император должен не только царствовать, но и править. Кроме того, я надеюсь, что за верность и свои труды получу от организации «Имперский Союз» достойную награду и помощь в деле уничтожения моих противников.
Удовлетворенный Нитра посмотрел на Альеру, и мой друг тоже не тянул. Беззаботно, как он это умел, Виран улыбнулся и сказал:
— Девиз моего рода: «По завету предков!». А они завещали нам драться за свою родину, крушить врагов и всегда стремиться превзойти их. Пока, никто не обошел моего прадеда генерала, а с вами, у меня есть на это надежда. И хотя понятно, что вернуть императору трон, дело не на один год, а может быть, даже и не на десятилетие, я готов рискнуть, и присоединяюсь к вам.
За Вираном высказался Эхарт, который правым кулаком, чуть пристукнул по груди в районе сердца и был краток:
— За Анхо и империю!
После этого, еще раз предупредив нас о сохранении этого разговора в тайне, Нитра нас отпустил.
Мы вернули лошадей в конюшню, отошли в сторону от людей, обсудили между собой все произошедшее с нами, и пришли к выводу, что в целом, поступили правильно и верно. Нам терять особо нечего, потому что мы практически ничего не имеем, а капитан был серьезен, на шутника или шулера, который понтирует (карточный термин обозначающий блеф), не походил. И рубиться во имя интересов организации с хорошими и понятными для нас целями, нам вполне подходило.
С того вечера, заметно, в нашей жизни ничего не изменилось. Однако разговор с Нитрой уже наложил на нас свой отпечаток. И выразилось это в том, что наша тройка как бы отделились от остального десятка, и стала держаться сама по себе. Кроме того, мы перестали интересоваться предложениями, которые регулярно поступали в военный лицей от вольных наемных отрядов и частных армий, и стали больше времени уделять боевым искусствам. Кстати сказать, я обратил внимание на то, что точно так же, резко и без видимых причин, после дополнительных занятий со своими инструкторами, изменилось поведение двух кадетов первого десятка и четырех из третьего. Не знаю, заметил ли это кто-то еще, а мне данный факт сказал о том, что Нитра не одиночка, и другие офицеры-наставники, как минимум ему помогают, а скорее всего, они делают с ним одно общее дело.
