Наш современник, солдата Вооруженных сил Российской Федерации Леха Киреев, оказывается в теле умирающего юноши-аристократа в реальности, где правят меч и магия. Кругом война, кровь, грязь, мятежи. Изнемогающей под ударами завоевателей древней империи требуются умелые бойцы. Отличный шанс показать себя.
Авторы: Сахаров Василий Иванович
рефератов и сотни психологических тестов. И все это безостановочным конвейером, который не прекращался даже ночью, не давал отвлечься и отобрал ровно сутки моей жизни. А когда Альера, Эхарт и я, благодаря поддержке Свена Нитры, сдававшие экзамены вместе и самыми последними, пришли в казарму, то мы были обессилены до такой степени, что просто упали на свои кровати и около получаса лежали без движения.
Наконец, я пришел в себя, приподнял голову от подушки, осмотрелся, и обратил внимание на то, что наши однокурсники пакуют вещи и по одному выходят на плац. Затем, взглянув на Альеру, я окликнул его:
— Виран, ты как?
— Еще не знаю, — прошептал он. — Вроде бы все сдал и даже остался жив. Но уверенности в этом пока еще нет.
— А куда это все уходят?
— Без понятия.
— Эй, Вилл, — я посмотрел на княжича, который вместе со своими подручными, проходил мимо меня, — а вы куда?
— Домой, граф Ройхо, — Фертанг уже ничем не походил на того парня, которого я знал еще вчера, и в его взгляде появилась легкая надменность. — Сейчас документы получим и к телепорту.
— А в трактире посидеть и отметить окончание учебы и получение офицерских патентов?
— Это лишнее. С сегодняшнего утра каждый сам за себя.
Сказав это, княжич и его верные люди, именно так уже можно было называть кадетов Арциза и Песта, даже не попрощавшись, двинулись на выход. Мы с Альерой проводили их взглядом, и Виран бросил:
— Сволочь надменная.
— Видимо, Вилл вспомнил о том, что теперь он наследник княжеского престола, а мы с тобой так, мимо проходили, один баронский сын без титула, а другой беглый граф, и ему теперь с нами не по пути. Вполне ожидаемая переоценка жизненных ценностей, только не думал, что она произойдет так быстро.
— Да и пошел бы он, — включился в разговор Эхарт. — Давайте собираться и сматываться отсюда, а то я на эти стены уже смотреть не могу.
С трудом, я встал на ноги, и в небольшую брезентовую сумку начал собирать свои нехитрые пожитки, пару книг, зубную щетку, бритву и мыло. Все остальное, сменная униформа и прочее имущество военного лицея, оставались на месте. После чего, собравшись, мы вышли из казармы, прошли в канцелярию, где получили свои документы, личные вещи, охранные амулеты, оружие и деньги.
Прямо на месте, на складе канцелярии военного лицея, мы переоделись и направились в кабинет капитана Свена Нитры. Он вручил нам заверенные несколькими солидными печатями и магами офицерские патенты, поздравил нас с окончанием военного лицея, и перешел к делам подпольной организации, интересы которой офицер представлял. Указания были простыми. Сейчас мы выходим за ворота, садимся в экипаж, и едем в гостиницу «Сержант Йен» на северной окраине Йонара. Там нас должен встретить некто полковник Висан Плетт, и мы переходим в его полное подчинение. После этого офицер-инструктор передал нам письма, за минувшие две недели пришедшие на наше имя, Альере и Эхарту по одному, а мне сразу два. После чего он встал и сказал:
— Итак, господа бывшие кадеты, в данную минуту решается ваша судьба. И вы имеете последнюю возможность отказаться от службы на «Имперский Союз». — Слова были не нужны, никто из нас назад сдавать не собирался, и мы промолчали, а капитан, удовлетворенно кивнул, и посмотрел на дверь: — В таком случае, я горжусь знакомством с вами и желаю вам в жизни только одного — удачи. Прощайте господа!
Нитра подмигнул нам и снова сел. А мне подумалось, что этим знаком он дает знать о том, что не забыл моего интереса к «Шайгеру». Ну, что будет и куда заведет меня жизненная тропа, время покажет, а пока, пришла пора покинуть военный лицей. И коротко кивнув капитану, который был с нами целых три года нашей жизни, мы четко развернулись к двери и вышли.
Через несколько минут мы были у ворот, покинули училище, сели в просторный закрытый экипаж, и направились в новую жизнь. Позади оставались учебные корпуса и казармы, строгие учителя и грамотные сержанты, офицера-инструктора и начальник училища, которого за время моего обучения я видел всего несколько раз, а впереди была неизвестность. И не знаю как два других свежеиспеченных офицера, а я ощущал огромное облегчение оттого, что один из трудных этапов моей жизни позади, и хотел спать. Однако заснуть не получалось. Только закрою глаза, и вижу лица экзаменаторов, которые давят меня вопросами, а я отвечаю на них и стараюсь не сбиться. Своего рода это кошмар.
«Определенно, минувшие сутки стоили целого курса обучения в «Крестиче», — подумал я, выглянул в мутное окошко кареты, понаблюдал за проплывающими мимо нас придорожными деревьями, и достал письма на мое имя.
Одно было от барона Ангуса Койна, который поздравлял своего племянника с окончанием
