Услышанные молитвы

сообщить. В комнате повисло молчание. Алекс смотрел на нее из своего кресла и ничего не говорил, только отпивал из чашки горячий чай. Пауза показалась ей бесконечной. — Я знаю, что ты не одобряешь мое желание вернуться к учебе, — продолжала она. — Но это пока не юридический факультет. Посмотрим, как все пойдет и как мы сумеем справиться. Это всего только два предмета, а в конце семестра вместе обсудим. Но, Алекс… я действительно хочу попытаться и сделаю все возможное, чтобы на тебе это не отразилось. — Фейт очень хотелось, чтобы муж принял участие в ее решении и, если возможно, с ней согласился.
Алекс долго сурово смотрел на жену. Он прекрасно ее знал и понимал, что если он ответит «нет», то это разрушит их отношения. Теперь этого не избежать.
— Ты не получишь моего благословения, — наконец произнес он, и у Фейт все внутри сжалось, — но в то же время я не хочу брать на себя ответственность и что-либо запрещать. Решай сама, Фейт. Мне кажется, ты совершаешь глупость. Не представляю, как ты сумеешь сделать так, чтобы твоя учеба не отразилась на нас. Думаю, ты сама себя обманываешь. Если ты начнешь заниматься как следует, у тебя не хватит времени не только на меня, но и на девочек, когда они будут приезжать домой.
Фейт сама уже думала об этом. Несколько лет придется терпеть неудобства, но дело того стоило. Весь вопрос в том, как организовать свои занятия.
— Я хочу попробовать, — спокойно ответила она и испытующе посмотрела на мужа. Такие глаза растопили бы сердце любого мужчины, но Алекс умел не поддаваться на дамские уловки.
— Тогда поступай, как считаешь нужным. Но учти, даже если ты осилишь два эти предмета, что само по себе мне кажется бессмысленным, юридический факультет — это совсем иное дело. Огромная работа потребует всего твоего времени. Повторяю, не обманывайся на этот счет. — И угрожающе добавил: — А я не собираюсь с этим мириться, — после чего вернулся к чтению бумаг.
Вопрос был закрыт. Алекс не одобрил, но и не запретил, переложив всю ответственность на нее. Приходилось ретироваться с тем, что досталось. Но Фейт была готова к ответственности. Она тихо вышла из комнаты, вернулась к себе в кабинет и сняла телефонную трубку. Она звонила Зое в общежитие сказать, что возвращается на юридический факультет. И в ее голосе слышались победные нотки.
— Неужели папа согласился? — удивилась дочь.
— Главное то, что он не отказал в категоричной форме. — По ее тону Зоя поняла, что мать довольна. — Сказал, что идея дурацкая, но он не собирается меня останавливать и все оставляет на мою ответственность.
Дочь от радости взвизгнула, для Фейт это была настоящая победа.
Потом она отправила электронное письмо Брэду и сообщила, что Алекс решил не вставать у нее на пути. Это лучшее, чего от него можно было ждать — не в его натуре оказывать поддержку или отказываться от своих слов. Фейт была довольна. Она не ждала от него ликований, хорошо уже, что муж не потребовал забрать документы и не запретил ей учиться.
Она приготовила для него ужин. Алекс больше не вспоминал о ее планах, весь вечер молчал и даже за ужином читал свои бумаги. И только выходя из-за стола, сообщил ей, что на этой неделе собирается в Лос-Анджелес. Он уезжал во вторник на четыре дня. И хотя не стал ей рассказывать о цели поездки, заверил, что к субботе вернется и они успеют на традиционную рождественскую вечеринку. Фейт ничего не стала спрашивать — приняла все как есть. Она не хотела портить то, чего удалось достигнуть. Письмо от Брэда она получила в своем кабинете.
«Когда пришло твое сообщение, я играл в теннис. Извини. Фред, — писал он. — Браво! Как ты с ним справилась? И чем поступилась, чтобы добиться своего? Или мне лучше не знать? В любом случае я рад за тебя. Прекрасная новость! Жду свидания с тобой на этой неделе. Буду в среду вечером, а обратно в пятницу днем. Можешь поужинать в среду вечером? Не исключено, что я буду свободен и в четверг. Точно узнаю только тогда, когда увижу окончательную программу конференции. Сообщу, как только смогу. Позвоню тебе, когда доберусь до гостиницы. Мой самолет прилетает в пять, так что в отеле я окажусь после шести. До скорого! Еще раз прими мои поздравления. Я тобой горжусь, Фред. Любящий тебя Брэд».
Он был, как обычно, приветлив и заботлив, и Фейт не терпелось с ним увидеться. Все складывалось удачно, Алекс уезжал на этой неделе. Она не собиралась скрывать, что видится с Брэдом, но так будет легче распоряжаться временем. Поездка мужа в Лос-Анджелес оказалась очень своевременной.
Несколько дней Фейт была безумно загружена и известила благотворительный комитет о том, что имеет возможность работать только до середины января, а потом ей придется уйти. Ей пошли навстречу, и она все свободное время