Услышанные молитвы

смысла лететь из Лондона на похороны отчима матери, который при жизни не удосужился даже взглянуть в ее сторону. Фейт не ожидала от дочерей такого подвига, но надеялась, что хотя бы муж сделает усилие и пойдет вместе с ней.
Она больше не заводила с ним об этом разговор — как во многих других ситуациях решила не настаивать: Алекса все равно не переспорить. Прекрасно справится сама. Тем более что муж не хуже дочерей знал: у Фейт никогда не было теплых отношений с отчимом. Утрата носила скорее символический характер. Хотя Фейт и не говорила об этом вслух, однако смерть отчима причиняла боль, потому что напоминала о прошлых потерях. Мать, брат Джек, чья гибель стала неизгладимым потрясением. Три года назад его самолет потерпел катастрофу на пути к Мартас-Виньярду

. Джеку исполнилось сорок шесть лет; он был превосходным пилотом, но загорелся двигатель, и машина взорвалась прямо в воздухе. Фейт только-только стала оправляться от шока. Они с Джеком были родственные души и добрые друзья. Брат всегда ее духовно поддерживал — оставался и в детстве, и во взрослой жизни неизменным источником утешения: прощал, никогда не осуждал, хранил пылкую верность. Они родились с разницей в два года, но мать говорила, что дети словно двойняшки. Их близость проявилась особенно сильно, когда от сердечного приступа внезапно скончался их отец. Фейт тогда исполнилось десять, а брату — двенадцать.

Отношения Фейт с отцом были отнюдь не простыми, а если говорить честно, превратились в кошмар. Она большую часть взрослой жизни потратила на то, чтобы избавиться от их последствий. Даже обращалась к психотерапевту и, как могла, примирилась с прошлым. Самые ранние воспоминания относились к тому времени, когда отец начал ее домогаться. Он был сексуально неуравновешенным человеком и поступил с ней гнусно и жестоко, когда дочери исполнилось четыре или пять лет. Фейт не осмеливалась пожаловаться матери: отец пригрозил, что в таком случае убьет и ее, и Джека. Девочка так сильно любила брата, что держала рот на замке. Джек обнаружил правду, когда ему было одиннадцать, а ей девять, и устроил родителю настоящий скандал. Но отец опять пригрозил, что убьет собственную дочь, если кто-нибудь из них проговорится матери. Он был глубоко больным человеком. Все это так сильно подействовало на брата и сестру, что они старались не говорить об отце, пока не выросли и Фейт не стала лечиться. Но благодаря этому между детьми образовалась неразрывная связь: из сострадания и невероятной печали родилась глубочайшая любовь. Джек мучился от того, что не мог защитить Фейт от кошмара моральных и физических пыток. Его сердце разрывалось от сознания того, как страдает Фейт и собственной беспомощности. Но, в конце концов, он был всего лишь ребенком. А через год отец умер.
Много позже, когда Фейт решила лечиться, она захотела сообщить обо всем матери. Но защитные механизмы женщины оказались непробиваемыми: мать ничему не верила — отказалась слушать и от всего отмахивалась — только повторяла, что дочь злостно лжет, оговаривает отца и оскорбляет их всех. Как и опасалась Фейт, мать свалила все на нее и нашла утешение в фантазиях: твердила, что муж был любящим человеком и уважал ее и семью. С тех пор как он умер, она умудрилась канонизировать супруга. И Фейт не осталось ничего иного, как делиться болезненными воспоминаниями, как всегда, с братом. Джек вместе с ней ходил к врачу. Она часами вытаскивала из подсознания гнетущие картины пережитого, а потом рыдала в его объятиях.
Но в конце концов любовь и поддержка брата помогли Фейт справиться с призраками прошлого, хотя отец так и остался в памяти монстром, замаравшим чистоту и святость ее детства. Но Джеку тоже потребовались долгие годы, чтобы примириться с тем, что он не сумел защитить сестру. Мучительная связь, словно им приходилось лечить общую болезненную рану. Фейт понимала, что обрела покой во многом благодаря Джеку.
Однако былые шрамы давали о себе знать. Они оба умудрялись завязывать отношения с людьми, которые держались с ними холодно и осуждающе. В их приятелях ощущалась та же настороженность, что и в матери, и они оба подобрали себе супругов, которые при каждом удобном случае упрекали их во всех неудачах. Жена Джека была невротичкой и невыносимым в общении человеком. Она несколько раз бросала мужа, а почему, толком никто не знал. А Алекс годами держал жену на расстоянии вытянутой руки, сваливая на нее вину за любую возникшую трудность. Брат и сестра часто обсуждали свой выбор. И хотя оба понимали, что натворили, но исправить ничего не могли. Они, казалось, выбрали ситуацию, которая воспроизводила многие горести их детства, словно на сей раз надеялись, преодолев их, порадоваться